писатель лермонтов придумал
бой бородинский как концепт
ну а ещё кровавой мэри
рецепт
весна придёт и снег растаяв
в сумбурный превратясь поток
снесёт моральные барьеры
у человеков в головах
рассказал коперник
про полёт шмеля
шмель завис на месте
вертится земля
поэту лишнего не надо
дождливый день диван с котом
и бюст на родине когда нить
потом
рыжих разобрали
я стою одна
аристократична
холоднобледна
вапщето торг здесь неуместен
но ежели расклад таков
то отпустите граммов двести
грехов
снаружи отблески геенны
похожи на костёр друзья
подходят греются смеются
гитару ктото достаёт
в канзасе ветрено зимою
и улетающих собак
гораздо чаще можно встретить
чем летом в праге например
он брешет словно сивый мерин
что дескать только ей и верен
похожая на маму тётя
опять лежит лицом к стене
на маленьком диване в кухне
пока мы с бабушкой пьём чай
где ты пропадаешь
я к чертям замёрз
переодевалась
в кожу без волос
пьяные недели
не стереть с лица
видно жить я начал
не с того конца
пожарные машины с воем
неслись забыв про тормоза
в тот день горели у оксаны
глаза
в оксане умерло талантов
как минимум на пять оксан
не в смысле их похоронили
а в смысле умерло и всё
у глеба новая работа
он младший менеджер продаж
теперь он ходит на свиданья
с дежурной фразой чем помочь
знаю что гораздо
проще быть как все
но опять по встречной
еду полосе
стряхнул людишек отовсюду
с волос ботинок и плечей
и только кажется в штанине
скребётся кто то до сих пор
те кто хаотично
ездят там и тут
броуна особо
помнят любят чтут
вы сокрушаетесь что муха
опять нагадила в гарнир
а у меня болит безумно
весь мир
принадлежность к полу
есть и у стихов
сразу отличаешь
баб от мужиков
возьмите яблочко милейший
всего за рупь писят отдам
возьмите яблочко милейший
адам
мы незаметно повзрослели
живых лишь двое в параллели
герасим штоб забыть обходит
любой коровник за версту
познав все тонкости востока
товарищ сухов взял шинель
взял чайник и не попрощавшись
на запад резко повернул
у соседки люси
попросил безмен
так и начинался
длинный путь измен
лето мне оставит
помахав крылом
пятьдесят оттенков
грусти о былом
идёт по улице дартвейдер
рычат собаки на него
харкает на спину подросток
старуха тыкает клюкой
иван в лесу восторга полон
луной июньской освещён
танцует па портки отбросив
во влажных папоротниках
судьба нас развела не просто
как берега одной реки
а как полярный мыс таймыра
с копакабаной например
в прошлое писала
в школу детский сад
но вернулись письма
выбыл адресат