сидит в большом парадном зале
среди классических картин
смотрительница эрмитажа
как эксклюзивный экспонат
оксана выйдя из маршрутки
посматривает на людей
и думает как мало знают
как мало видели они
олег пришел с букетом флоксов
спросил ты выйдешь за меня
а я ему откуда флоксы
давно не видела таких
стоит убитый горем ньютон
вокруг огромная толпа
столпотворение и давка
и негде яблоку упасть
закрыв за светой дверь я понял
что всё арбуз а мы скворцы
летящие вдоль светлых линий
к зеленой пупочке скворцы
один свинья другой трусливый
накаркать третья норовит
всё это не для передачи
спокойной ночи малыши
воспитанного человека
как отличить от гопоты
даст грубиян вам по хлебалу
интеллигент набьёт лицо
большое призрачное счастье
на высоченных каблуках
идёт навстречу николаю
а ноги то небритые
глазами преданной собаки
любовь глядит в мои глаза
и я со страхом понимаю
что мне её не прокормить
я покупаю изоленту
штоб изолировать себя
от серых и унылых будней
от надоедливых людей
олег купил себе верблюда
и стал его учеником
теперь не пьёт по три недели
и может наплевать на всё
во время отпуска аркадий
играл с детьми кормил синиц
котов самозабвенно гладил
и никого не убивал
я наберу кедровых шишек
в мешок за пазуху в рюкзак
чтоб долго было чем кидаться
в медведя лезущего вверх
рыдает чопорная бабка
на остановке у метро
а у самой от прада туфли
и сумка от луи витон
вениамин в себе уверен
он точно знает что не тварь
и убивать идёт по праву
топор дрожит в его руке
как хорошо когда вконтакте
есть хоть какая то семья
и есть кому когда подохну
нажать на смайлик со слезой
олег опять уехал в отпуск
и обещал по мне скучать
у моря под палящим солнцем
на окружающем песке
вот мастер гамбс закончил кресло
и мы узнали в нем себя
кривые ножки мягкий пузик
пружин бессмысленный напев
я мегаполиса настойку
случайно выпил натощак
теперь не сплю расту всё время
и в семь включаю фонари
олег из клана ивановых
унылый депрессивный тип
олег воспитанный в пробирке
веселый толстый карапуз
нажала кнопку отписаться
и ты исчез из новостей
теперь не знаю с кем ты где ты
надел ли шапку взял ли зонт
я не обиделся я умер
и ты мне больше не звони
у мертвых и живых немного
для разговоров общих тем
семён исчез из нашей жизни
как будто не было его
лишь контур в воздухе остался
слегка очерченный мелком
я ехала в метро и люди
понуро ехали в метро
и только мальчик шёл на яхте
вдоль берега австралии
я родилась какой то дурой
и дурой выросла большой
размер значение имеет
и очень усложняет жизнь
меня в толпе случайно встретив
ты обещал что бросишь всё
и два пакета из пятерки
безвольно плюхнулись к ногам
господь на вшивость проверяя
свободу выбора даёт
и тварь дрожащая в подъезде
мяукнет выбери меня
как низко падают секс бомбы
в москве на улице тверской
и никаких сексоубежищ
не предусмотрено от них
давай умрём с тобой взаимно
ты для меня я для тебя
и впредь плохого друг о друге
никто не скажет ничего
в тени моста кузнечик кузя
сидел коленками назад
а рядом в той же самой позе
лежал паркурщик михаил