никто не мог о нем подумать
что втайне он геронтофил
такое было у мальчонки
невиноватое лицо
борцы за мир уснули сладко
черты лиц мягки сап их тих
но даже в этом состояньи
борьба не прекращается
креветки пахнут васильками
я раньше это замечал
рояль же пахнет тёплым лаком
и эбонитом иногда
вместо слёз отныне
талая вода
ведь в глазах любимой
лишь кусочки льда
совсем замёрзло бабье лето
ушло закутавшись в туман
и поседевшие тропинки
ждут отпечатков чьих то ног
ты прокричал вот это космос
и вытолкал меня за борт
в иллюминаторе смеялось
твое счастливое лицо
не могу всегда я
выглядеть звездой
надо хоть когда то
выглядеть как все
отведав блюда в ресторане
скажу что их стряпня зачёт
и улыбнувшись не заплачу
за счёт
я попрошайничаю деньги
и у соседей кабачки
но денег мне пока не дали
а кабачки пока дают
олега током шибануло
в воде от электроугря
на берег вылетел как утка
и с кря
мечтал дровосек отложив свой топор
за девичьим взглядом манящим
блуждать летним вечером в сумерках по
чаще
упал с горы четыре раза
и чуть не утонул в воде
мой друг не хочет познаваться
нигде
я выглянул в окно вагона
и сразу понял мне конец
меня встречали на платформе
пока что порознь кэт и руфь
в меня пришли четыре мысли
одна про то что я не псих
и три про громкое убийство
всех их
играл годами в лотерею
и вот в один прекрасный миг
стал крупным экспортёром масел
и фиг
всегда ору едва завижу
в гостях бутылку вискаря
хотя и трудно пить напитки
оря
цацки и обновы
с нотками тепла
раз уж до восьмого
марта дожила
олега палыча украли
пока неясно для чего
на мясо органы для секса
нет не для секса точно нет
в твоих глазах я видел небо
в лучах заката золотых
и шоколадные конфеты
что ты доела без меня
ещё сказала антонина
и фёдор врезал ей леща
он был морально не готов для
еща
был поручик ржевский
человек простой
он уста наташи
лобызнул устой
я не султан а председатель
хоть и судачит всё село
что у меня на поле жницы
нало
когда сергей себя не может
назло судьбе поднять с колен
он фразой модной щеголяет
всё тлен
во мне ни капельки культуры
во мне ни крошечки добра
я торговал упругим телом
в тиши ночных библиотек
совсем немножко приподнялся
а заносился высоко
аркадию с бабой хотелось побыть
с кокетливой ласковой нежной
но пуст кошелёк и пришлось обойтись
снежной
глеб выкинул слова из песни
а после звуки и тогда
она вдруг дивно зазвучала
сольясь с вечерней тишиной
мной овладел коронавирус
сначала он проник мне в рот
потом полез куда то ниже
за ворот в лифчик и в трусы
диагностировали осень
у тимофея кузьмича
бедняга ходит осыпаясь
теча
волшебная ночь но по ряду причин
вновь серому волку не спится
стучат в животе раздаваясь в ночи
спицы