смотри какой сентябрь серёжа
и даже здесь на высоте
такой приятный тёплый ветер
давай отложим суицид
амур вспорхнул а я остался
убит бетонною плитой
под крик жены ты под стрелою
не с той
давай сыграем в дверь и ветер
тебя я буду прикрывать
а ты распахиваться снова
как будто в комнате жара
возьму с собой почтовых рыбок
возможно смоется письмо
но рыбный запах при готовке
доскажет тонкости тебе
всё время память изменяет
я забываю ревновать
с годами по тебе всё чётче
проходит линия трусов
а я преодолеть экватор
уже как прежде не стремлюсь
я устал и сдался
нету больше сил
пенсии запретной
так и не вкусил
олег я робот пётр на кухню
заходит в шортах из фольги
мы одиноки во вселенной
прикольно говорит олег
о дайте в море мне свободу
я искупаю свой позор
пусть лучше на асфальте лужа
чем снег в лицо метель и стужа
ну раз каретой стала тыква
платите транспортный налог
у меня есть водка
у тебя есть чай
я смеюсь танцую
ты сиди скучай
давай сейчас к тебе поедем
и я совру что не женат
и ты соврешь что было супер
и я совру что позвоню
уснула старенькая леди
листая свой фотоальбом
давно испорченный слезами
и лбом
сейчас нас мамы ставят в угол
в котором нет сети вай фай
гляди любимая я звезды
в знак верности тебе дарю
а жить мы будем в этом доме
из старых щепок и говна
да вы б отсюда семенили
пока вас не осеменили
чтоб утром встать вам было легче
то спите стоя по ночам
раз ловкость рук подводит вора
потребуется ловкость ног
я по фигуре вашей вижу
что вам до зрелищ дела нет
всю жизнь работе посвятивший
скончался доктор эфэсбэ
специалист по иванову
ивану емельянычу
стыдно показать уж
тельце рыхлое
спрячусь в одеялко
и задрыхну я
на отдыхе за верой в ницце
тянулись лохов вереницы
олег снял проститутку в баре
чтоб ей пожаловаться что
ни одного стиха про осень
не написал за весь сентябрь
за выходные у олега
не возникает чувств иных
как неизбежность возвращенья
входных
оксану возбуждают тени
вползающие сквозь окно
крадущиеся вдоль по стенам
касающиеся её
летят на юг тупые птицы
а были б чуточку умней
они как мудрые пингвины
на юге жили бы весь год
олега трогают за яйца
в трамвае полном до краёв
каких то прачек и весталок
хорунжих стяпчих постовых
бредёт седой апостол в рощу
там соловьи и муравьи
и ловит муравьёв апостол
и кормит соловьёв седой
болят растрёпанные нервы
и по щеке бежит слеза
зачем я взвесила все против
все за