ветерок прохладный
дождичек грибной
на всё лето планы
в яме выгребной
у жён бальзам и осветлитель
то в моде то наоборот
так мы и дожили до синих
бород
сосны тянут лапы
их иголки жму
радуюсь весною
не пойму чему
думай о хорошем
улыбай лицо
распахни с весною
настежь пальтецо
я не рукожопый
шепчет мне мясник
пряча под прилавком
палец и бифштекс
шашлычки салатик
ящичек винца
завтра день здоровья
объявляеца
как долго я тебя искала
пока ты прятался в шкафу
неповторимый ненаглядный
и мой единственный скелет
закупил я бисер
водку макраме
просто время быстро
движется к зиме
если не целуют
эрогенных зон
нервы успокоит
шопинг на озон
на ужин дадут из барашка седло
не сыщешь печальнее доли
ведь утром ещё напевал ей хелло
долли
этому квартиру
этому рубли
ну а мне закаты
в призрачной дали
меня съедят спросил цыпленок
нет дорогой сказала мать
врачи придумают лекарство
чтоб нас не ели двести лет
пойдём со мной смотреть на чайник
по скользкой паперти стола
по лабиринту бутербродов
под звоны чашек и ножей
уехал ребе из посёлка
все бабы плачут и скорбят
и в одиночку нянчят малых
ребят
мазала икрою
булки и блины
путь через желудок
дорог был увы
сижу на крыше белой ночью
с горой исписанных листов
тобой забытых при разводе
мостов
с тобою мы должны расстаться
всё это было как в бреду
прости я полюбил другую
еду
я ей про ван гога
про мане моне
а она хватает
прям за портмоне
понапридумывают сказок
и в них живут как дураки
бубнил разделывая щуку
емеля утром с бодуна
рыжему мальчишке
я рукой махну
пусть мне нарисует
на щеках весну
соприкоснувшись рукавами
мы пожинали как итог
треск синтетических волокон
и ток
заместа новаво айфона
любимый падарил славарь
с какимта видима намёком
но я нипоняла с каким
дирижёру снится
поступь болеро
из низов вступает
орган деторо...
что для тебя есть место силы
быть может ганг вершины анд
нева ответила оксана
риант
к тёплому наф нафу
пятачком прильнув
в свой последний вечер
сладко спал нуф нуф
за соседской солью
мне зайти не лень
а свою припрячу
я на чёрный день
орёл был грозным и могучим
но вот поднялся полетел
стал превращаться в невеличку
и окончательно исчез
маркс ставит точку в капитале
и усмехнувшись говорит
ну што наелись ананасов
и этих как их там зовут
я воспевал твои ресницы
и брови черные как смоль
а ты возьми и тушь макс фактор
как смой
контора деньги отмывала
бухгалтер встретил аудит
теперь за чистую монету
сидит