заройте труп мой на опушке
там где высокая трава
и расcтрелять не позабудьте
сперва
олег ныряет прямо в прорубь
илья застыл разинув рот
скажи дружище как водичка
компот
коты затарились по крышам
собаки воют от судьбы
мы не рабы на стенах пишут
рабы
я рот мой верный открываю
и груши встречные им ем
а что еще мне с ними делать
и чем
желание стать лучше чище
вновь не исполнится как встарь
когда придёт похмельный мятый
январь
червяк аркадий иннокентьич
увял и стал совсем ничей
за жизнь его боролись трое
грачей
в пустом кафе лишь пыль да тени
людей которых больше нет
забытый кем то социальный
пакет
меня овечки укачали
но сразу стало не до сна
когда с барашками накрыла
волна
я к сердцу через твой желудок
рвалась казалось путь простой
но страсти ноль зато мордасти
на сто
с утра писать садится дарья
на кнопки давит входит в раж
и к завтраку уже выходит
в тираж
люблю твой рот твой нос и уши
глаза и кончики ногтей
но у тебя так много разных
частей
спустилось ночи покрывало
луны манило серебро
адам молчал вибрировало
ребро
моргал кряхтел икал и кашлял
кивал тебе на сапоги
но ты каблук не убирала
с ноги
почаще мойте руки ольга
у нас так принято в семье
и заодно не забывайте
себе
над головой твоею нимбы
прекрасен аж до тошноты
к своей катись ты половине
тахты
вернуться в детство босоногим
и пробежаться по росе
мечтают многие но могут
не все
однажды всякой редкой птице
придёт печальная пора
упасть в бездонные красоты
днепра
в метрологическом музее
хранится секса эталон
и стонов этого процесса
баллон
разряд ещё разряд и следом
прижались губы медсестры
я снова жив от пробежавшей
искры
оставшись без работы бондарь
берёт родное долото
и вырезает сто бочонков
лото
ты подожди сказал мне доктор
там удивительного нет
но я как бабочка летела
на свет
внезапно все упали на пол
предвосхищая монолог
как только я поправил черный
чулок
я молодым орлом в неволе
припомнил классика строфу
внезапно запертый судьбою
в шкафу
устав от ветреной эвтерпы
в тени погаснувших светил
поэт стихи сжигая рыбу
коптил
чтоб ехать с папой на рыбалку
ты николай ещё юнец
шесть литров водки это полный
тунец
аркадий принял литыр водки
и на закуску шаурму
а я пожалуй позу лотос
приму
когда решила дорогая
быть солнцем для меня всю жизнь
за миллионы километров
держись н
как будто застарелым шрамом
мои года рассечены
на радость боль на до и после
жены
когда ты в сексе виртуальном
мне пишешь страстное войди
то от смущения краснеют
ай ди
жилось мне там вполне комфортно
я крепко спал и вкусно ел
пока меня никто не видел
в прицел