долго депрессяшки
слушал дед мороз
про коньяк и старость
не скрывая слёз
с заселеньем плотным
плановый заезд
мозг готов на сотню
тараканомест
я иду по парку
распахнув пальто
может кто оценит
и не важно кто
быть хочу на праздник
вишней в коньяке
ну на крайний случай
рисинкой в саке
ум здоровье близких
свято берегу
всей семье скрутила
в шапочки фольгу
стих о том какие
есть в селе места
сжала поэтесса
в сорок три листа
няня где же пушка
кружкин говорит
осинскую болдень
не любил пиит
миллионы белых
и холодных мух
сердцу не заменят
тополиный пух
трупы все припрятав
и убрав свой кольт
дружно жить давайте
скажет леопольд
быстро и неслышно
бегают столбы
чтоб на самокатах
разбивались лбы
вроде бы тихонько
сделала апчхи
а листочки сдуло
с клёна и ольхи
хоть москитной сеткой
обмотайся весь
всё равно расчёсан
здесь и здесь и здесь
шарфом обмотавшись
от колен до ух
смотрим мы на первый
танец белых мух
лужи по колено
снега по плечо
что зима готовишь
ты для нас исчо
понабрать проектов
мой порыв был глуп
результатом станет
лишь мартышкин труп
плавала по пруду
лебедь белая
красота погибла
но поела я
отпуска дождался
никого меня
не найти счастливей
все четыре дня
сесть орёл не может
кружит над гнездом
доверху насрали
дети в отчий дом
нет меня на пляже
и в морской воде
я совсем погибла
в офисном труде
вежливо соседям
в душу посмотри
выеденной тыквой
со свечой внутри
таня прикупила
умную кровать
будет по вай фаю
тело раздавать
если на природе
валится как лист
дышит еле еле
это урбанист
шубу как просила
муж купил родной
плюс что из шиншиллы
жаль что из одной
мимолётны годы
мимолётен снег
мимолётен с крыши
за окном олег
быть весёлой толстой
или злой худой
я хоть и не гамлет
выбор непростой
в параллельном мире
нету злых людей
и размер неважен
девичьих грудей
маршей так немного
но за этим тлен
вот и вся дорога
мендельсон шопен
в море мчится бриг мой
в даль дельфинию
где печали все по
ватерлинию
знай что тыча палкой
в гнёзда диких пчёл
сладкий миг ты жалкой
жизни предпочёл
холодно и сыро
думает илья
и лежу в могиле
почему то я