в траве сидел седой кузнечик
и до того уже седой
что и лягушка не считала
едой
не радует нас продолжительность дня
и неба стыдливая просинь
и клин журавлиный вонзает в меня
осень
я столько раз сидел без денег
а деньги столько без меня
что мы уже не можем вместе
ни дня
всё ухожу теперь мы квиты
а напоследок я скажу
спою станцую вам и свитер
свяжу
в борьбе за нравственность решили
убрать в кино последний ряд
в калуге жидкий терминатор
представился ментам витёк
а попросили документы
утёк
когда приносят в ресторане
мне отбивную на кости
я перед тем как съесть шепчу ей
прости
а в слове сказано что игорь
припёрся в местный исполком
как вы наверно догадались
с полком
вениамин с женою смотрит
на выступление пловчих
момент блаженства маскируя
под чих
поэт расстроенный заходит
в кабак и говорит бармен
плесни четырёхстопным водки
в катрен
за дверью ктото громко кашлял
но мне казалось в полусне
что это мотоцикл заводят
и всё никак не заведут
вот и за мной пришла машина
вся белая но без крестов
и полумесяцев с протяжной
кровавой надписью магнит
ты ходишь голая по дому
а в нём двенадцать этажей
и иногда не открывают
тебе трусливые жильцы
из рыбьей чешуи валерий
себе построил дом а ты
что сделал ты что ты построил
себе из рыбьей чешуи
на расстоянии заката
стоят оксана и олег
и перьевыми облаками
переговариваются
кричит раскольников из кухни
несите бабушка топор
клянусь от голода со мною
вы не умрете никогда
пришли к тебе в слезах и в пепле
твои никчемные рабы
нам только скобочки для степле
ра бы
расположились на машине
и ожидаемо дрожим
когда машина начинает
отжим
сначала мы пуэр пролили
потом улун тегуаньинь
потом подоставали яни
из инь
при ограблении случился
преинтереснейший конфуз
охрана ни в свисток не дула
ни в ус
слëзы сопли слюни
громкое апчхи
в офисе все любят
катины духи
вот зачем учил я
в школе про жи шы
если в депрессяшках
щас как хошь пишы
педикюр гламурный
стоил грошиков
а хожу всё лето
я в галошиках
есть квартира дача
за бугром родня
бентли вилла яхта
но не у меня
станет мир прекрасней
раз и навсегда
если ты исчезнешь
тихо в никуда
пятница коварно
снегом бьёт в лицо
остаётся только
надекабрицо
упакован в ящик
сунут в грузовик
глеб в котором ложный
подберёзовик
если я с балкона
уроню айфон
я не виновата
виноват ньютон
не молчи так зоя
не лежи бревном
помаши ветвями
поскрипи стволом
нырял в прозрачные озёра
в моря нетронутой тайги
и тихо шли по монитору
круги