не тот был свет на светофоре
и я отправился на тот
шампанское не лезло в горло
пока бутылку не открыл
люблю безумно вас наташа
любите сколько влезет пьер
я предложила взять натурой
взгянул обиделся ушол
февраль, глотнуть чернил и плакать
прогнав сквозь призму белоснежку
семь гномов можно получить
слова задели за живое
и лишь потом вонзились в мозг
осень наступила
в средней полосе.
а на юге лето.
всё. сосите все.
жена открыла рот... зевнула
от сердца сразу отлегло
надежда яд кладёт в кастрюлю
соседкам вере и любви
звезда упала на ладошку
а ведь могла по голове
Лиса устала и упала
Упав, устала до конца
зачем я рос?! сплошные муки:
"куда засунуть эти руки?"
и мысли полные тревоги:
"куда засунуть эти ноги?"
что то же в системе
си не задалось
в дюймах у меня ведь
много тоньше кость
жемчуга в прозрачной
светятся воде
собирай лопатой
но вот знать бы где
мужа глас с дивана
слышу где ты люсь
побегу скорее
ибо убоюсь
вдоль батон разрежу
брошу сервелат
может не придётся
рот мне зашиват
в книге видим фигу
а в масутре ка
нам не видно даже
фигова листка
глеб зимой макает
тело в озерцо
чем то недовольно
женское лицо
сумеречный млечный
есть на небе путь
о любви о вечной
милый не забудь
неизменно в ящик
линии судьбы
про друзей всё чаще
говорим что был
золотом покрылись
забурели но
всё равно истлеют
так предрешено
в едком восхищенье
распахни глаза
как верха красиво
сыплются в низа
не с руки плести мне
из слогов венки
стройно удаются
только шашлыки
небу макемаке
шепчешь ночью ты
может быть про суши
может про цветы
снова каждым утром
ты со мною здесь
про тебя росою
сновидений взвесь
лето двор как рынок
для продаж авто
сколько новых марок
я узнал зато
я не сплю почти что
и почти не ем
между сентябрём и
полнолунием
помнит как бывало
хорошо вдвоём
доверху набитый
рыбкой водоём
влад не хочет фокус
но зухра смотри
скажет и снимает
груди номер три