такие овощи гнилые
не пожелаешь и в рагу
в любви должно быть всё красиво
а ты аркадий некрасив
пойди и приведи мулатов
которых нам купил отец
олег читал чужие письма
гораздо чаще чем свои
свои читать не интересно
в них всё известно наперёд
атланты дружною гурьбою
сидели на краю земли
курили сбросив с плеч усталых
балконы крыши небеса
тех кто без масок грабит банки
давайте будем штрафовать
небо сентябрится
августу конец
тенотен мать купит
и ремень отец
чингиз женился и подумал
ну вот и первая жена
осталось только три попытки
теперь внимательней чингиз
вошёл поэт смертельно пьяный
шатаясь и лицом белей
рубашки что была залита
кагором с правой стороны
высокий глеб с высокой зиной
танцуют парой говорит
высокий глеб высокой зине
высокопарные слова
давно на корте не играю
а только наблюдаю как
тугие попки теннисисток
весенний гладит ветерок
филармонический оркестыр
я предлагаю упразднить
а на полученные средства
купить две лампочки и стул
ко мне явились выходные
и молча встали впереди
и тошно так хоть на работу
иди
ворона предвидела басни финал
и сыр поедала без звука
но скользкий кусок вероломно упал
с сука
когда наш мамонтёнок вырос
у многих праведных слоних
невольно с хобота срывалось
ох нихх...
в ворота ада заезжает
зухра на огненном еже
грешна красива и поддата
уже
твоя любовь прошла как пуля
навылет через мою грудь
и я упал и слышал крики
ещё как минимум двоих
полуиздохшего котёнка
пинает мальчик лет пяти
в глазах спокойная жестокость
и неподдельный интерес
вы мне напомнили геннадий
картину маслом натюрморт
вот вроде в рамочке и ярко
но абсалютно без лица
над циркулярною пилою
повесили второй венок
а эта дверь ведёт в саванну
туда мы бегаем гулять
когда родителей нет дома
когда за окнами декабрь
я древовидная графиня
я князь три дэ а я барон
двояковыпуклый с обеих
сторон
беседу с внутренним ребёнком
пришлось оставить на потом
чтоб внешние не сокрушили
весь дом
со мною друг лежит в кровати
но только муж заходит в дом
встаёт и машет виновато
хвостом
на лбу я шефу дыроколом
не удержавшись наколол
не волк работа а работник
не вол
на хлеб намазала спасибо
а он упал спасибом вниз
туристом стать совсем несложно
за плечи двадцать килограмм
и посылаешь все проблемы
к горам
я речь мошенника послушал
про безопасные счета
и перечислил всё что можно
засунуть в задницу ему
что за мочевые
пузыри у дам
пьющих в фильмах кофе
в койках по утрам
когда олегу было двадцать
олег вступил в ряды фурье
теперь он каждую кривую
аппроксимировать готов
семь голубцов в меня влезает
когда их плотно уложить
да поднажать да постарацца
да пропихнуть по всей длине