ставлю мелодраму
чушь тягучую
и чужой любовью
мужа мучаю
мыла мама раму
на спор вот итог
поломала ноги
порвала тикток
кот сегодня в ванной
мне сказал слышь лох
попрошу не трогать
мой шампунь от блох
сырников не ела
сорок восемь лет
надо перед смертью
наебениться
сосед похоже кони двинул
его не видели пять дней
зато все слышали движенье
коней
в помыслах поэта
важен каждый чих
чем поэт наполнен
тем наполнен стих
наступило завтра
и ушло вчера
только счастья в жизни
нету ни хера
прогнивший пирс ласкает море
дорожке лунной нет конца
а на другом краю вселенной
грустит заброшенный маяк
нынчѣ всѣ поэты
нѣ внiкыя въ суть
чушь съ бѣлибѣрдою
о любви нѣсуть
из искусств различных
нам важней кино
из жратвы попкорн а
из питья нарзан
все на свете темы
спеты боже ж мой
про красу закатов
про свиней забой
напали на меня олеги
привет оксана говорят
откуда чалишь что купила
гони четыреста рублей
перспектива счастья
где то вдалеке
если долго ехать
на броневике
к вам атеисты вседержитель
у врат ждут отче наш бубня
ответил бог скажи что нету
меня
вот голубь с жёрдочки свалился
наверно семечки не те
а может те раз очутился
в коте
кашляю старею
обдирает жэк
жизнь как песня рэя
всё херово джек
купил печатную машинку
и сто почтовых голубей
и распечатал сотню мемов
и разослал подписчикам
терпеливо сделал
много добрых дел
но терпенью все же
наступил предел
эпистолярные дуэли
проводят с огненной водой
страшней всего когда ты штирлиц
вокруг ликует немчура
а ты забыл как по немецки
ура
у нас людей в колхозе мало
кузнец пастух и счетовод
а остальные только бабы
шестнадцать сотен на гектар
вечером готов я
скушать и слона
только вот готовить
слишком хоботна
уже закрыты все пасьянсы
и доковыряны носы
а стрелка замерла кабудто
на восемнадцать без пяти
мера пониманья
жизни всем дана
мы не понимаем
в жизни нихрена
аркадий лёжа на диване
в мечтах объездил много стран
но не променян на красоты
диван
духовой оркестыр
в зубы транспарант
и к пальту мне кольщик
колет красный бант
течёт преграды все ломая
река людей во славу мая
в солнце лист пылает
точно изумруд
нет любви остались
долг привычка труд
оставив старые обиды
и повседневные дела
я ухожу шепнув прости что
была
ненавидел ленин
по утрам харчо
может о тебе мы
тож не знаем чё