всю сцену хлебом закидали
во время танца лебедей
лужу паяю починяю
кую клепаю гну керню
пою танцую сочиняю
херню
у вас на даче мародёры
сказал сосед с моей метлой
в кабаке миколог
к водке захотел
заказать соленье
из плодовых тел
когда илью одолевает
неразделённая любовь
он с ней идёт на пилораму
и начинает разделять
от весны до самых
листьев золотых
грусть щемила сердце
оставляя жмых
осень понедельник
утро раннее
кофе сигарета
созерцание
пингвины по определенью
вступить всегда готовы в брак
они с рождения одеты
во фрак
а где то туман и залива прибой
и утро дождями умыто
всё помня молчат почему не с тобой
мы то
я сразу заломал берёзку
заслышав первый лишь куплет
ещё до первых люли люли
и обесценил песни смысл
липы облетели
клён почти что гол
глеб несёт в портфеле
от химички кол
построил башню плотник ваня
из старых удочек и лыж
теперь в селе за свинофермой
париж
в читальный зал библиотеки
листать над пропастью во ржи
интеллигентные приходят
бомжи
я не готова к листопаду
боюсь опять сойду с ума
от вида мёртвых чорных веток
на фоне плачущих небес
мчится самокатом
в гости к тёще зять
к пяточке носочек
цыскаридзе глять
я верю прилетит тарелка
и маленький зелёный ной
возьмёт с собою два бигмака
две колы две картошки фри
летает муха по подъезду
и каждый лестничный пролёт
сбивает с толку непонятно
куда лететь где верх где низ
так уже охота
махануть полста
но не отпускают
женские уста
ни макарошек ни кастрюльки
висит качается дуршлаг
не понял милая ты что ли
ушла
жизнь ведёт сестрицу
следом за собой
и чернеют листья
под её ногой
нас разбросало по постели
вот вижу ты вот снова я
вот простынь смятая подушка
вот подожди а это кто
ввиду нехватки рук рабочих
токарно фрезерный станок
олег включает предпоследней
из ног
в куче листьев тело
лета мы нашли
ты попалась осень
лучше не юли
в турции была и
в черногории
но чернее море
в евпатории
верну себе форму и будут опять
зарядка с диетой в почёте
но против как начали вдруг выступать
щёки
вот помню в детстве если плохо
себя родители вели
им в наказание за это
я плохо ел и плохо спал
считает такты машинально
в метро нетрезвый литаврист
на сто двадцатом пересадка
на двесьти пятом выходить
если жрать по столько
с ночи до утра
разжиреет даже
чучело бобра
не трогай сверла зинаида
но ту уже не удержать
достала трогает и ищет
свое любимое на шесть
олег был вежливым маньяком
хвалил на весь девчачий чат
красиво резаную внешность
девчат