как я соскучилась по счастью
оно привет из далека
мне шлёт и шлёт но всё не едет
пока
мадам позвольте спеть вам песню с
ну да с поступок сей нелеп с
пардон что мимо нот с и тихо с
не лепс
иван петрович жил неполно
для заполнения пустот
недоставало эдак граммов
двухсот
я не молюсь большому богу
я маленьким богам молюсь
в надежде что они чуть ближе
и человечнее чуть чуть
хочу купить все ваши вирши
и впредь чтоб были вы тихи
и ради бога не писали
стихи
я так любил вас что доселе
возненавидеть не могу
хотя душа и сердце просят
возненавидь возненавидь
подобострастно приседая
в свой тридцать пятый реверанс
олег ильич напрасно клянчил
аванс
пройди момент летящей пули
приди момент где я стою
где понимаю что все живы
где пули кончились у всех
купил пивко позвал подругу
чтоб посмотреть левиафан
и чо где секс где спецэффекты
где фан
обидеть глеба может каждый
сломать мольберт порвать эскиз
никтож не знает что у глеба
семнадцать трупов в гараже
такая зависть просквозила
в словах вы заняты фигнёй
что просто грех мне не позвать вас
с собой
в ночной тиши сорвалось небо
и с грохотом несётся вниз
а вслед за ним гардины кошка
карниз
вы сад эдемский запирайте
конечно я не следопыт
но здесь повсюду отпечатки
копыт
я ухожу сказал геннадий
и дверь тихонько приоткрыл
и по подъезду тихий шелест
от крыл
мне никогда не стать гимнастом
в воздушном цирке дюсолей
из за накопленных в суставах
солей
а кто ещё об этом знает
переспросил барталамью
и отошёл к костру насыпать
в уху какойто порошок
фальшив на москву наступления план
нас предали мой император
я вижу отряды драгун и улан
батор
не может та картина маслом
невкусной быть заверил глеб
и положил картину маслом
на хлеб
смешная кованая мурка
таращит две заклёпки глаз
и метит ржавыми гвоздями
палас
вдохнуть бы полной грудью жизни
поймать бы смысл её и суть
короче в пятницу нам надо
бухнуть
вениамин пришёл за хлебом
увидел хлеб и победил
модифицируя животных
земляне вывели одно
похожее на человека
и вкусное как человек
семён в бумаге туалетной
нашёл записку мы в беде
а ниже подпись цех пятнадцать
укладчик восемьсот второй
кто ты костлявая старуха
орёт психичческий илья
мать говорит она печально
твоя
я вижу брови и ресницы
а глаз не вижу вообще
а впрочем их и не должно быть
в борще
в эмансипированном мире
поди попробуй отыщи
тот райский уголок квартиры
где щи
ты был таким большим что места
не оставалось ничему
но как то съёжился в размерах
до развнедельного звонка
усердно хлопая ушами
кружит над нашим домом рой
слонов которых ежедневно
ты для меня растишь из мух
в холодном тёмном туалете
мечты естественно о лете
а если в темной теплотрассе
к тебе подступятся бомжи
мы с вами одного портвейна
скажи