четвертый год по стойке смирно
в уютном хрусталя гробу
семнадцать принцев три аборта
хоть бы один поцеловал
у николая амнезия
и он соседу говорит
а помнишь ты давал мне денег
а я не помню так то брат
я вас давно подозреваю
ничуть не сомневаясь в том
что вы без всяких оснований
подозреваете меня
олег желает миру мира
а пожелать войну войне
олег не может и не хочет
хотя логично было бы
я исполняющий директор
сказал коллегам николай
и сам немедленно исполнил
романс с падением в прыжке
вот был бы вэтэбэ с вконтакте
в палеозой и плейстоцен
тогда быть может и герасим
да что об этом говорить
прошу всех нервных удалиться
потом спокойным говорю
без нервных нам гораздо лучше
я предлагаю их убить
трамвай влюбившись в зинаиду
зажал ей голову дверьми
и щекотал смущённо током
под смех цветущих тополей
олег находит неприятность
с трудом её осознаёт
трагически переживает
и заново идёт искать
художник тонкая натура
нормальным людям не понять
что он имел в виду рисуя
зелёный пенис огурца
ворвались инопланетяне
к петру олеговичу в дом
сожрали борщ избили тёщу
забрали мурзика на марс
не выпить ли чего покрепче
простого кофе с молоком
вертя просроченным кефиром
в магните думает олег
за мной охотятся арбузы
они везде мне не уйти
я знаю в их коварных планах
порабощение людей
мне к числам стало всё труднее
по единичке прибавлять
а внук сказал ты дед не парься
я тоже это не могу
как хорошо в жару под вечер
стоять с друзьями у ларька
и пить из первой кружки пиво
сдувая пену на траву
озябли голые скульптуры
и деревянные пальто
не согревают их и солнце
не греет зимний летний сад
оргазмы кончились а новых
в сельпо ещё не завезли
все говорят ушли на экспорт
да на большие города
проснулась ольга на рассвете
схватила с полки телефон
и ставит на семнадцать тридцать
напоминание про секс
я не выбрасываю хлеба
а крошки пальцем соберу
и в рот кладу меня учили
что хлеб выбрасывать нельзя
от одиночества аркадий
теряет к жизни интерес
он может делать что угодно
лишь у прохожих на виду
олегу снятся чебуреки
и нитью вязкою слюна
течёт на пол соседи снизу
уже выламывают дверь
унылый мальчик ест сосиску
в маршрутке химки красногорск
она лежала под сиденьем
вся в ожидании его
в ларьке без очереди водка
для многодетных матерей
сказала зина и потуже
запеленала муляжи
в ботинках николая море
приходит вечером к зухре
целует влажными губами
и шепчет я же обещал
я накопила на автобус
и обязательно куплю
чтоб больше никогда на свете
твой не оплачивать проезд
а это точно ты за дверью
как я пойму что это ты
нет я блин страшный пердипопыль
сейчас блин в жабу превращусь
встаёт из гроба аграфена
и тихо бродит меж могил
где крест поправит ненароком
где колыбельную споёт
зима приходит в дом к олегу
и озираясь говорит
я у тебя перекантуюсь
до окончанья ноября
внутри у старого ботинка
течёт сама собою жизнь
отдельных микроорганизмов
никем не тронутый мирок
развеяв миф о том что дима
живёт в бобруйске неженат
мы переходим к николаю
который из улан удэ