вениамин придумал способ
утилизировать стихи
он разбирает их на буквы
и ими пишет эсэмэс
меня безмерно удивляет
при всём богатстве внешних тем
способность ваша заниматься
не тем
чеснок порежте мелко мелко
залейте тепленькой водой
настой в пепетку наберите
и капайте вампиру в нос
и вот от лета только август
остался как невкусный торт
лежит и сохнет на картонке
а гости сытые уже
цуп увольняет всех уборщиц
не заплатив им ни рубля
в иллюминаторе у юры
земля
у михаила под кроватью
живет огромный серый волк
и потому у михаила
всегда искусаны бока
хочу домой сказал гагарин
прошёл на кухню сел за стол
и стал пить водку вспоминая
холодный свет далёких звёзд
я посмотрела на олега
сквозь призму красного вина
и он так стал похож на папу
всех наших будущих детей
по телевизору сказали
со вторника введут расстрел
услуга платная есть скидки
для инвалидов и детей
я прикупил к губной гармошке
губную скрипку и орган
хотя орган на вкус довольно
поган
армянский киллер сделав дело
убрал ружьё и патронташ
и заворачивает тело
в лаваш
пока не поздно соглашайся
ведь через десять лет придёшь
и будешь предлагать свой старый
давным давно прокисший секс
женился глеб на балерине
стал печь блины варить кисель
и очень скоро ей испортил
жизель
нам через месяц о победе
доставил весточку сёгун
бесстрашный воин и хреновый
бегун
утром из под ёлки
в поисках воды
выползли драконы
гости и коты
общего ни капли
нет у нас с тобой
только лишь ребёнок
да и то не твой
давайте вместо мендельсона
я вам сыграю гопака
я по лицу невесты вижу
ей очень хочется сплясать
жена сказала что уходит
а я смотрю на календарь
ну как же первое апреля
и ем спокойно холодец
жаль что олега разорвало
большим давлением дерьма
помой квартиру и помойся
сама
я не люблю твой жирный трюфель
и постный трюфель не люблю
и их искать не собираюсь
веди меня обратно в хлев
однажды кот наплакал море
и люди стали в нем тонуть
а кот залез на крышу дома
и просто молча наблюдал
на распродаже в бирюлёво
олег купил костюм быка
на шорстке клейма рог обломан
и яйца синие висят
не лезь на эйфелеву башню
её конструкция стара
я залезал на эту штуку
сто раааа
был невезуч ассенизатор
друзья ушли жена ушла
махнул рукой и погрузился
в работу снова с головой
весь год я вёл себя отлично
я слушал маму кушал суп
за это всех евреев в мире
сожги пожалуйста в печах
монах пытался сквернословить
но на устах его печать
и получалось только скверно
молчать
снежки снежки кричит архипка
черпая варежками грязь
и прямо баскову по морде
херась
глянул диетолог
на объем работ
и покрепче скотчем
мне заклеил рот
все закрывают на ночь двери
что б не пришел никто ко всем
а я напротив открываю
и жду вот этого никто
прошла любовь остались дети
прошли года остался ты
прошла процессия остался
цветок на влажной мостовой