сижу и не включаю лампу
хотя включить давно пора
а ты сидишь молчишь напротив
а за окном лубянка спит
Комбайн Кобейну не товарищ
Вот разве только Курт Комбайн...
пять тонн отборнейших лимонов
в неву упало с высоты
и моментально посводило
мосты
чернорождённый иннокентий
грудей увидев белизну
сначала очень осторожно
лизнул
вот слон он состоит из хобот
из уши и огромный моск
вместимость внутренних объемов
сто моськ
наказанный мамой ребёнок в углу
рыдает в общественном месте
но завтра поднимет он бензопилу
мести
какое грустное кавайство
во миядзаковском лесу
тоторо тоторо тоторо
десу
ты сама венера
господи прости
если все излишки
грейдером снести
ждала когда придёт сережа
и просто молча включит свет
а он придя ещё с порога
спросил ну что опять молчишь
олег хотел убрать в квартире
взял веник швабру но потом
его к дивану придавило
котом
бетховен высморкался в ноты
скомкал и бросил их в камин
и слушал как трещат поленья
простую музыку огня
чтоб в новостях не содержалось
неправомерной клеветы
начнут чипировать сорокам
хвосты
в настройках глебовой супруги
взаимоисключающи
горячий секс три раза в сутки
и щи
мой натюрморт в английском стиле
для всех художников пример
на нём яичница овсянка
и сэр
исус поморщился и выдал
не мир я вам несу но меч
а тех кто ноет и страдает
петруха не пропустит в рай
поверхность супа желтой пленкой
покрылась сморщилась и вдруг
в лицо мне бросилась и стала
в себя заглатывать его
а где мимоза гиацинты
не рыцарь видно сарацин ты
пока головушка дремала
совсем подставы не ждала
дурные ноги её сдуру
прям на работу принесли
аркадий снова перепутал
яичницу и божий дар
сидит за завтраком понуро
его голодная семья
несётся сборная россии
а мяч всё дальше от неё
и вот уже чужие ноги
пинают наш пятнистый мяч
хочу помаду туфли платье
из аметиста оберег
а мама говорит не надо
олег
дипломатичны печенеги
творят набеги по карнеги
я рака ел когда геннадий
сказал что раком заболел
и я вдруг раком подавился
и посинело все лицо
во мне проснулся папа карло
уединившись в мастерской
что только я не вытворяю
с доской
не все купюры алефтина
успела вытащить из стринг
а ей уже пора обратно
на ринг
в метро застряв не сокрушайся
что к толстой тетеньке прижат
приляг на грудь девятый номер
и прикорни до люблино
приходят ветреные люди
по одному но иногда
вдруг сразу северо восточный
и юго западный придут
упал с великой серой башни
лежу на сломаных цветах
их запах сложен и обманчив
как жизнь как смерть как петросян
да я совсем не сожалею
что вы больны увы не мной
мне если честно и не нужен
больной
глеб верит в кто тебе поверит
когда единожды соврёшь
и всем на первое апреля
угрюмо правду говорит