девица природа
сбросив зимний груз
жаждет перехода
с минуса на плюс
дед пришёл на танцы
крутит нижний брейк
бабки ждут на сколько
хватит батарейк
нет приятней звука
чем когда в дверях
крикнут ах ты ирод
снова на бровях
молодое солнце
жарит в день сурка
ни малейших шансов
у снеговика
я приеду в питер
ближе к февралю
во дворах колодцах
неба наловлю
хмурые фигуры
тучи над невой
ты хотел культуры
вот теперь не вой
эхо по общаге
носит крик отстань
кто то что то хочет
от каких то тань
я жил ни в чём нужды не зная
и вот покинув отчий дом
я познакомился внезапно
с трудом
бухаю неделю плюю на зачёт
судьбы игнорируя знаки
и вдруг слышу голос тебе подойдёт
хаки
мир в бескрайнем мраке
спит и видит сны
где едва штрихами
мы нанесены
над невой морозной
музыка звучит
то от счастья ангел
выронил ключи
наполеон батый и ленин
решали пиво или спорт
и бонапарт сказал мне пофиг
я торт
звонок и вот в дверном проёме
стоит усталый дед мороз
мешки подарков новогодних
под каждым глазом у него
когда войска тутанхамона
кричали грозное ура
тряслись от ужаса поджилки
у ра
герасим жестами сигналит
какая ж барыня вы тварь
муму листает торопливо
словарь
аккорд с похмелья не берётся
и кинчев плюнув на лады
сипит мучительно ля дайте
воды
поспорил ги с де мопассаном
что печь умеет пироги
ни пирогов ни мопассана
ни ги
стремится жизнь моя к упадку
лежу с девицами вприглядку
в библиотеке поздний вечер
молчат в потёмках стеллажи
и лишь словарь во сне бормочет
ложи
нерадостно осенью в крайней нужде
найти бы чего для растопки
поэт огляделся и видит везде
стопки
в сибири высадили немцев
вокруг тайга и патрули
один погиб но остальные
взошли
менты стучатся к архимеду
тот выбегает на балкон
и слышит крики открывайте
закон
услышав как хрустнул в тумане сучок
на самой пустой из дорожек
усталую лошадь берёт на плечо
ёжик
всю жизнь пишу мелькают даты
когда же стану я издатым
а кто сказал спросил матроскин
что молоко теперь ничьё
му промычала грустно мурка
жичьё
не ели крестьяне заморских грибов
не стоило и начинать их
глядишь было б меньше в стране мужиков
в платьях
чтоб добавить красок
лунному ковру
солнце сняло с улиц
ночи кожуру
устала рыбка золотая
и говорит старик прости
я позвоню как только буду
в сети
луна берёт застывший город
и нарезает как пирог
а на востоке солнце жадно
глотает лучшие куски
уходит жизнь не оглянувшись
не взяв с собою ничего
и я сказать уже не в силах
о том как я её любил