я знала что в клетке твоей пустота
но счастие пуще неволи
и вот уж любовь обретает цвета
боли
в ковре открылся телевизор
не те таблетки дал провизор
шалтай болтай не любит пасху
за травмы в области лица
и те которые с тупого
конца
ты с такою харей
николай ильич
выходы из дому
самоограничь
мильёны женщин бы сказали
стираю в тазике трусы
а мэрилин монро сказала
стираю трусики в тазу
вынула из шкапа
сдула нафталин
натянула с мылом
красотища блин
зухра хранила для степана
одну но пламенную грудь
да мне когда я вдохновляюсь
на кухне утварью гремя
не государством управлять бы
тремя
старушка говорит старушке
давай почешем языки
и достаёт огромный изза
щеки
здесь было множество мерзавцев
но память об одном храним
который убивал двух зайцев
одним
вновь несу доходы
в зверя логово
получил письмо я
из налоговой
последней каплей в бренной жизни
стал для кобылы никотин
я спать ложусь и не волнуюсь
что не пришёл ты ночевать
зато значительно просторней
кровать
ты слесарь, а не балеретка
давай чини мне унитаз
а то он видите ли в пачке
при нас
пельмень нырял то вверх то вниз то
петля то сальто то кульбит
и констатировал что жизнь то
кипит
семья хорошая затея
и я завёл их сразу две
я просила смузи
шэйк пинаколад
ты принёс арбузи
стэйк пивосалат
ты говоришь всё о высоком
про философию дидро
а мне б пельменей со сметаной
ведро
в олеговых стихах про счастье
ни слова нету про любовь
а есть про то как у антона
сожгли коттедж и мерседес
о принце на коне мечтаешь
и вот звоночек дин дин дин
откроешь дверь а конь заходит
один
Вся наша жизнь боян так что же...
это твой сынишка
помнишь ли кондрат
секс по телефону
восемь лет назад?
олег избавился от скверны
хотя для этого пришлось
сформировать стабильный рынок
и спрос
он был к ней привязан но есть одно но
она ему осточертела
поэтому руки испачканы о
телло
олег весь день крутил баранку
потом не выдержал и съел
от голубого вертолёта
шаинского уже тошнит
уходит красная ракета
в зенит
прозвенел будильник
ровно в шесть утра
потроха бы вынуть
из его нутра
ничего не значу
я в твоей судьбе
вот и лайкай ночью
тихо сам себе
я напишу тебе што больше
я никогда не напишу
но не ведись прошу на эту
лапшу
сказав не верю в хиромантию
наглядно вытер хер об мантию