ярило где твоё ярило
бобёр а где же твой медведь
и где автомобиль в котором
гореть
дед с бабой яйца золотые
сбывают тихо за кордон
молясь чтоб петушка не вспомнил
дадон
гип гип ура воскликнул менес
рабы в ответ ура гип гип
ну чо гип гип давайте строить
египт
мы вынесли из мавзолея
и закопали или ча
чуть помолчали над могилкой
ну как по коням или чо
я тихий омут возмутила
когда послала всех к чертям
постой вадим ещё не кончил
повисла фраза в тишине
затыли руки на мгновенье
подумал каджый о своём
китовьей степени свободы
достигнем ли когда нибудь
такой чтоб каждый мог подпрыгнуть
и выброситься на луну
готовьте плов вы как хотите
но обязательно с зирой
а кто зиру не любит может
её кумином заменить
на бриллиантовом заводе
тяжки условия труда
поэтому текучка кадров
и недостачи на складу
раз в год я свечи зажигаю
и освещаю мрачность дня
но тень рожденья накрывает
меня
ты ошибаешься любимый
в квартире нету ни души
а впрочем ладно если хочешь
души
мой зад всегда прилично сзади
живот прилично впереди
по центру маты и одышка
ушел трамвай не подождал
имел бы я с деньгами тубы
имел не эту а вон ту бы
должны тут зита быть и гита
а ты что сделал пара зит
как я люблю за кружкой пива
о тренировках рассуждать
о результатах остаётся
мечтать
атос займите эскалатор
портос а вы на турникет
мы с арамисом в переходе
москву врагу не отдадим
в честь дня рожденья петербурга
купил я левис триста пять
но лишь через четыре года
я их надену на себя
вдруг стало мне неитересно
слова застряли при борьбе
наверно голову отрежу
тебе
карету дайте мне карету
визжала золушка а паж
в деревню к тётке в глушь в саратов
за блажь
глеб повидал немало версий
максима горького на днях
решил напишет и почище
на днях
татуировщик анатолий
на рынке цену набивал
поникли блеклые олеги
под стягами понурый стой
не светит не горит не тлеет
звездой
я в крайнем случае какао
налью ивану ильичу
когда и если он о сексе
опять затеет разговор
на жизнь мы смотрим с оптимизмом
и если в мире что не так
у нас наполовину полный
бардак
со всех предложенных к оплате
трудов он выбирает лом
а что стоишь себе и ждёшь за
углом
последний лист упал на землю
и сразу ветер стих и дождь
и разговоры прекратились
как будто сами по себе
бежал за поездом и впрыгнул
в летящий под откос вагон
мы ели пиццу из тюленей
на протяжении веков
потом их из меню убрали
и в книгу красную внесли
внезапно игорь крикнул хватит
и вылез из под зульфии
и говорит не будем больше
я понял это не моё
а в ноябре хватило солнца
на пару раз по полчаса