субботник убирать аллею
его будите с мавзолея
тадэуш выменяв на книги
какую никакую снедь
стал насыщаться и попутно
коснеть
кто кто горланил пьяный дворник
да хуй в пальто и без волос
услышав это гоголь пишет
свой нос
геннадий ест сухую пищу
а жидкость никогда не пьёт
и кал сухой как стекловата
не липнет никогда к трусам
герасим просим вас признаться
что вы бросали в водоём
и вам единственное слово
даём
предпочитаю вкусный кофе
а вкусное не нравица
век при виде сверху
тот же самый миг
полный нелюбимых
и недорогих
всю ночь салюты фейерверки
петарды водка оливье
а поутру невыносимость
и безысходность бытия
олег стесняется оксаны
а та стесняется петра
а пётр спокоен он не помнит
вчера
будь моя воля я открыл бы
для кошек и собак бутик
и не открыл бы такового
будь их
любовь к искусству прививали
но не хватило антител
не то читаешь перед сексом
зухру напутствовал олег
здесь нужно воодушевленье
возьми мурзилку иль костер
желаю дачку на карибах
и яхту метров сто хотя б
неплохо ухмыльнулся ибын
хоттаб
мой капитан по курсу особь
по форме это пеленгас
а по охвату территорий
ленгаз
у пренимателя ебидта
афтаритет у бандюка
у жиринофсково харизьма
а я прекрасен и умен
оксана отошла от секса
не как отходит паровоз
не как контуженый а словно
освобожденная душа
мума так жалобно скулила
ну что ты делаешь постой
а на нее смотрел герасим
немой
штандартенфюрер отто штирлиц
сидит устало на траве
эх блин хватило бы бензину
в берлин бы блин не опоздать
царь пётор первый жирным пальцем
ткнул в карту строить будем здесь
но палец соскользнул и ногтем
упёрся меншикову в пах
всем добрый день сказал аркадий
хотя конечно день был злой
и пасмурный и безнадёжный
но так никто не говорит
я смотрю полоски
справа белые
почему же в жизни
только левые
под баннером все звёзды мира
стоял один шурупов пётр
но ни джей ло ни бритни спирс ни
крис агилера не пришли
пушок кастрировал олега
и приучил ходить в лоток
питаться вискасом мурлыкать
и говорить оксане нет
я тридцать лет переживаю
и даже плачу иногда
что так тогда и не купила
тот бирюзовый пеньюар
открыли форточку в европу
и потянуло говнецом
а чтобы шведы задохнулись
мы прорубили и окно
набилось в бар полно народу
полно набилось в баре морд
протолкнуть бы с эхом
силою мощей
всё что ты готовишь
мне без овощей
розовой мечтою
в помыслах ежа
опускался подлый
зад до шантажа
наш венок весенний
луг и облака
всё уносит лета
быстрая река
итак она звалась татьяна
а пушкин думал нахуя на