своя рубашка ближе к телу
чужой же слаще каравай
тогда давай с тобой меняться
давай
какие странные тут бабы
а можно привести свою
не задавай таких вопросов
в раю
глеб устремился от парадной
в район кошачьего лотка
чтоб сделать три четыре жадных
глотка
как вихрь сметающий палатки
по берегу медведь бежал
но у туристов наготове
кинжял
в девятой городской больнице
я оживляю мертвецов
работа грубая мужская
неблагодарная к тому ж
сломал свой велик добрый печкин
стал снова злой и носит стечкин
сидим и пьём остывший кофе
стараясь не смотреть в глаза
пытаясь думать о хорошем
не помнить почему остыл
планета кружится по кругу
а вместе с ней кружимся мы
и только выпив алкоголя
круженье можем ощутить
зубрить надо вер чтоб попасть в универ
и к знаниям рьяно тянуться
не верь в голубое с каёмочкой вер
блюдце
всех утомила пересказом
своих любовных эпопей
предупреждали же на свадьбе
не пей
у глеба маленькое хобби
и он стесняется его
и занимается им только
лишь сам с собой наедине
глеб сделал предложенье насте
она возьми умри от счастья
опять забыл перчатки где то
и руки мерзнут на ветру
как хорошо что взял из дома
я два кармана теплоты
срочно обрубите
оптоволокно
или я танкиста
выброшу в окно
вот я например разгоняю воров
что шастают здесь по люцерне
коллега по сути вон тех докторов
в церне
съел бутылку водки
налетела грусть
и в тарелке носом
налетел на груздь
нет бурундук не продаётся
нет я такого не писал
три тысячи акул вам в глотку
я продаю бэ у рундук
шляпник сшить не может
шубу из песца
постоянно шляпа
получается
глеб отдал тёще чемоданы
галантно усадил в такси
и незаметно стырил гайку
с оси
старайся обо мне не думать
еще еще еще еще
теперь передохни немного
чуть чуть подумай обо мне
я руку запустив в штанины
под хвост попавшую вожжу
достала вместо паспортины
и ржу
молчал про язву и инфаркты
и песни пел как соловей
а я сиди теперь как дура
вдовей
я думал небо раскололи
кривым огромным топором
а это молния всего лишь
и гром
о как бесстыдны ваши груди
уродлив нос пусты глаза
я ни за что бы не вернулся
но мне понравился гашиш
многоэтажная оксана
жильцов пускает на постой
но вот пентхаус постоянно
пустой
олег поправил окуляры
страшна... ещё неси водяры
сложеньем вы подобны таксе
да и в постели тоже так се
сижу как статуя родена
но даже если снять костюм
есть разница в рельефе тела
и дум
рассказ писался на коленке
но так как был он о любви
то вдруг разросся до романа
от щиколотки до бедра
не в силах вам вернуть невинность
прошу принять сие кольцо
и с полусотней душ крестьянских
сельцо