белые снежинки
падают кружась
занесло машинку
и об столбик хрясь
мы шли зимой по снегу ночью
и вышли не к тому селу
пришлось вернуться и сначала
но летом по песку и днём
когда пойдёшь со мной на дело
иди чуть сзади и не пой
про то что ты и рабинович
пошли на дело как то раз
я ли всех милее
зеркальце моё
помолчав тихонько
говорит ух йо
а может ляжем спать без секса
устал и выбился из сил
ну тише тише я же просто
спросил
продам поехавшую крышу
жильцами можно пренебречь
у них и так то ветер свищет
то течь
месье а в завершенье бала
сейчас я вам набью ебало
зачем ты господи так много
наделал этих дураков
открыть пакетик китикета
хватило бы и одново
я не смотрю в глаза картошке
меня гнетёт её печаль
и сам грущу её варя ли
печа ль
гагарин вышел из ракеты
и говорит сейчас спою
а песню про траву у дома
ещё никто не сочинил
евгений с бабушкой и мамой
живёт в квартире на тверской
но если слышит слово жопа
то представляет зульфию
однажды выйдешь за селедкой
пойдешь по хрусткому ледку
увидишь в луже что ты старый
и тощий словно богомол
у женщины должно быть платье
задумалась шанель коко
а муж продолжил чтоб снималось
легко
в пенсионном клеркам
пофиг твой таран
там девиз не велком
там но пасаран
гертруда пей вино не слушай
о чем поёт гребенщиков
он старый и уже не нужно
ему того что нужно мне
океанически рыдаешь
в стекло дождливое одна
нет берегов твоей печали
и дна
как простодушная какашка
попал аркадий под каблук
хочется мне счастья
больше чем бабла
но без денег счастье
просто бла бла бла
облака по небу
завитушками
я лежу придавлен
листьев тушками
полки понтонно мостовые
уже спешат на помощь тем
кто сжог мосты но вновь желает
проблем
любят люди кошек
рыбок и собак
трепетно и нежно
а меня никак
я на заре бегу в лесочек
успеть желая до толпы
под ёлкой отыскать грибочек
стопы
когда лежу с тобою рядом
я по тебе скучаю впрок
а если мы с тобой в разлуке
я впрок целую и люблю
не все имеют части тела
что если в сверток завернуть
чтоб каждый развернувший сверток
вскричал о боже это он
когда олег оксану встретил
им было по семнадцать лет
теперь олегу сорок восемь
ну а оксане двадцать шесть
тебя из камня мастер высек
не раскрывая тему сисек
жокей рассёдлывает лошадь
его коллега дискжокей
снимает очень осторожно
винил с вертушки будто нимб
а ёжик на спине налима
лежал и тихо в небо ржал
опять варенье в одну харю
сожрал
я пробегаю стометровку
на пальцах рук за семь секунд
сказал шаинский и небрежно
облокотился на рояль