олег решил заняться спортом
когда до пенсии дожил
не каждый гусь свинье товарищ
не каждый хряк гусыне брат
душа открылась нараспашку
за счастье с дамой выйти в свет
отдаст последнюю рубашку
валет
лишь где то в семьдесят он понял
что мат не мать а он грузин
на кухню ночью входит анна
включает чайник он шумит
она готовит бутерброды
себе и смертнице айгуль
латентный негодяй василий
всю жизнь нам пудрил всем мозги
старух водил через дорогу
скворешник строил и не пил
трамвай железная коробка
а вот поди ж ты человек
трамваю посвящает песни
и рельсы для него кладёт
свои сентябрьские талоны
сую в окошко продавцу
а продавец в ответ кидает
охапку листьев золотых
а если очень долго ехать
в пустой маршрутке через снег
неразговорчивый водитель
туда где счастье привезёт
ты негодяй сказал геннадий
я негодяй кивнул олег
вздохнули выпили и снова
в окно уставившись сидят
когда я ем я нем и глохну
когда я глух я инвалид
а инвалидам платят деньги
на них я собственно и ем
когда я в город ваш приехал
мне было негде ночевать
и я тогда себе поклялся
что я женюсь здесь по любви
настанет день и ты увидишь
в соседской девочки глазах
что не накормлены собаки
и не заряжено ружьё
барталамью упал как мыло
лежит на кафельном полу
помочь хоть ктото б наклонился
все озираются на всех
бухай и спи с кем только хочешь
поскольку я тебя люблю
сказал вздохнул смахнул слезинку
отвел от зеркала глаза
татьяна девственность хранила
в стеклянной банке на шкафу
то тряпкой пыль смахнет то сядет
за старый маменькин рояль
зачем завидовать светлане
егору мама говорит
ну пара сисек и пелотка
а ты мой маленький малышь
олега простынь белоснежна
но тут к нему пришла любовь
с ногами черными как сажа
и плюх на чистую постель
на шортах николая иней
в ресницах николая снег
на сердце николая рана
от преждевременной зимы
в четыре ночи папа римский
включает папский телефон
е восемь произносит в трубку
и слышыт тихое убил
жена обед сварила мужу
и он забил в прихожей гвоздь
костюм погладила и галстук
и он забил ещё один
пусть никто не любит
и съедает грусть
только не покинет
нас надежда пусть
ясной лунной ночью
хорошо вдвоëм
прятать тело глеба
в мутный водоëм
нейросеть спросил я
на закате дня
если ты всё можешь
нахрена мне я
тихо тает вечер
ронин пьёт вино
я ошибся группой
впрочем всё равно
срамота какая
произнёс старик
и тайком от бабки
к срамоте приник
я хотела в вечность
совершать шаги
но прирос к дивану
верх моей ноги
я заведу себе двух йети
чтоб хоть однажды чорт возьми
занять места для пассажиров
с йетьми
такая жизнь что и не знаешь
сажать ли нынче лук севок
или быть может ну пожалуй
ево к
бродила люся в чистом поле
гадая лю или не лю
число ромашек приближалось
к нулю