у меня в квартире
чистота уют
по ночам соседи
хорошо поют
что за жизнь в инете
не кульбнуть кульбит
брызгалкой не брызнуть
не взорвать карбид
суриком рисую
красного коня
суриков неважный
впрочем из меня
только кожу тронул
хоботком упырь
сразу с фудзияму
вышится волдырь
в колобка играло
солнце поутру
и прожгло в желудке
у лисы дыру
бабье счастье это
множество детей
и следят за ними
множество людей
захотелось бабке
молодость продлить
на восьмой подтяжке
оборвалась нить
сколь ни грезь о новом
счастье человек
в новый год повсюду
прошлогодний снег
с вьюгой и морозцем
к нам декабрь пришёл
расчехляю угги
и купальник в пол
осенью всё глубже
погружаюсь в тлен
и совсем ненужным
видится ваш взгляд
изоляционным
гением блесну
полежу в кроватке
подожду весну
молодое лето
стало вдруг седым
под осенним ветром
превращаясь в дым
всё про жизнь без спешки
врёт пенсионер
и на пять будильник
ставит лицемер
поросло травою
место наших встреч
я кошу чтоб снова
мне тебя завлечь
если есть идея
выдай прямиком
как джордано бруно
смело с огоньком
мотылёк рыдает
крылья опалив
патамушта свечи
не всегда релиф
хватит гуманоид
хоботом трясти
я не размножаюсь
в невесомости
лучше век недолог
чем сознанья тьма
вмажь мне вакцинолог
капельку ума
масляные краски
стол кувшин букет
и зачем всё это
если я поэт
мантию хочу чтоб
мне несли пажи
дед мороз вопрос мой
как нибудь реши
унесет пусть дальше
мыслей ураган
в место где нет боли
мир не так поган
наколи мне кольщик
женщину в кровать
может быть тогда я
раньше лягу спать
так и не доела
торта полкуска
так меня скрутила
грусть печаль тоска
привалила в гости
к бабушке толпа
и дрались неделю
мы изза компа
видишь эти шрамы
прямо под ребром
никогда с голодным
не шути бобром
предупреждаем всех что в фильме
рукопожатий сцены есть
и пребывания вне дома
без уважительных причин
прошу не надо излияний
и дело не в людской молве
здесь где то кабель оголённый
в траве
я робкий шёпот кавалеров
я шелест платьев блеск зеркал
любовь интриги риск дуэли
я бал
на фоне снега незаметна
моя безмолвная печаль
и кажется что здесь случайно
в полете гибнут снегири
вот тверь сказала проводница
стоянка двадцать пять минут
вагон безмолвствовал не вышел
никто и даже покурить