когда вчера похоронили
осколки фобоса в волну
на небе тихо приспустили
луну
у медсестры спросил дедуля
пуская сопли на усы
ты дочка носишь под халатом
трусы
кончался меловой период
тираннозавыр рекс сидел
глядел с тоскою на деревья
и мел
кишки и кровь по всей деревне
тут дядька с рынка виноват
а мама им купить велела
гранат
бредешь разбитою походкой
мозги похожи на кисель
а дома ждут бутылка водки
и сельдь
сядь рядышком со мной как в детстве
за руку ты меня возьми
жизнь не подарок а награда
пойми
холодный воздух внутрь до пяток
лучи рассеяны сквозь дым
который кажется в морозе
густым
чужим теплом опять согрета
твой телефон опять молчит
и снова мне лишь сигареты
в ночи
олег во взгляде николая
тревожный уловил звонок
и резко врезал себе в ухо
замок
евгений тянется к бутылкам
бутылки тянутся на юг
составив в воздухе красивый
утюг
стоит у стенки славный парень
стволы в литсо ему глядят
ребята будемте жыть дружно
ребят
ни дня без строчки крикнул фёдор
и грозно зыркнув сквозь очки
в себя запихивает вилкой
строчки
какое дивное сплетенье
шикарных локонов бобра
висит отсвечивая в зале
на бра
ты зачеркнул любовь а после
сам постепенно открывал
для ненависти страшной чорной
портал
стотретья стодвадцатьшестая
и стодевятая чуть чуть
по нужному для вас маршруту
идуть
я написал определённо
беспрецедентный порошок
хотя конечно прецедентов
мешок...
ответил Дэй заморской донне
богатой в бёдрах и губах
масштаб не мой мне надо в тоннах
кубах
нет нет желеть меня не надо
но так как был навеселе
не смог отбиться и измазан
желе
гагарин спит скафандром внутырь
и микрокосм его души
в наушники морзянкой рвется
пищщыт
я горобцьёму всех в округе
губами мыслями душой
но больше всех кто стал сегодня
большой
пришол медведь домой с прогулки
жена мне йодом пасть замажь к
сегодня я погорячился
с замашк
cлужил на почте я мальчишкой
вдруг бздынь верхом я на гнедом
а тут как раз сугроб с любимой
и льдом
я выворачивал подкладку
на теле круглого сурка
нашол три пули и огрызок
курка
ежевечерне на рипите
хоть смерть конечно и дика
люблю смотреть как замерзает
ди ка
среди летяг и кагуанов
он был весьма парашютист
но в политическом аспекте
статист
да да двадцатое июня
и ты по прежнему мой раб
увы сеньор слова бы ваши
вчера б
как светом рвёт прожектор бурю
глядят вперед из сердца тьмы
две из слоновой кости груди
ведьмы
вы подо мною трепетали
а я ещё не снял сандали
бывают нежные девятки
как внучки без пелёнок пятки
на валентина день пиздата
сердечной формой штык лопата