я в туалет а там пляцковский
и соловьев седой сидят
и мотусовский и шаинский
с бумагой нотною в руках
любят не за что то
любят вопреки
не тебе оферты
сердца и руки
я хочу как в детстве
чтоб проели плешь
ляг поспи и сырник
со сметанкой съешь
толстой роман свой озаглавил
наполеон и беляши
но цензорам пришлась по нраву
лишь и
настали чудные погоды
пойду ка по снежку пройдусь
и позвоночники снежинок
хрусь хрусь
чтобы встретить осень
нужен тёплый плед
две бутылки водки
и пяток котлет
в окно заглядывает осень
под снегом ёжится дрожит
и смотрит мокрым виноватым
обезарбуженным лицом
в семье банкоматов родился пингвин
казалось бы абракадабра
а просто когдато неверный был пин
набран
утром еле встал я
всё в какой то мгле
где ты рюмка водки
та что на столе
нежиться в постели
хорошо пока
не увидишь возле
носа паука
россыпью снежинки
тают на лице
денег бы как снега
мне красавице
сквозь сон я слышу хватит дрыхнуть
вставай оксана и иди
в музей иди на лабутенах
оксана ты экскурсовод
хоть жила на свете
я без пышных тить
всё равно успела
дел наворотить
глеб непосредственный швейцарец
он не по средствам там живёт
красно жёлтый праздник
за моим окном
отмечаю сыром
и сухим вином
бог послал вороне
пять головок бри
а теперь попробуй
это всё допри
снежинки падая кололи
краями острыми язык
но я телплю музык я иль не
музык
так как улетели
утки зимовать
санитар принёс мне
голубя в кровать
влепив пощёчину сказала
я вам пока не по зубам
я жил друзья мои напрасно
и ангелов послушав хор
внезапно понял что напрасно
и мёр
режу рот огромный
тыкву принеся
пусть хоть кто то в доме
улыбается
улетают птицы
к югу парами
связана лежу я
санитарами
как помидор ты умираешь
от поцелуев и любви
а надо мужественно с водкой
как малосольный огурец
колобок со смаком
доедал лису
да и я навряд ли
ноги унесу
что пошутил я неудачно
растолковал мне бывший друг
солнышко сравнили
с телом колобка
и оно уткнулось
плакать в облака
глеб не дружит с ольгой
ольга с головой
и живут так дружно
что хоть волком вой
оксана села на диету
и стала без закуски пить
лежит луна на чёрном блюде
сверкают звёзды в вышине
по улицам шагают люди
и не
господь сказал молиться поздно
и хоть защитан ваш прогиб
но я в графе уже поставил
погиб