пришел к себе домой сантехник
а там сантехник чинит кран
россию всю поставил раком
обычный колорадский жук
не очень толстая верёвка
на половины делит мир
в одной корячится аркадий
в другой пока что пустота
видя что гимнасты
сделали с козлом
спорт теперь считаю
абсолютным злом
храпит на верхней полке тёща
пойду ка я рвану стоп кран
предложен мне секстур в паттайю
а я и слов таких не знаю
я подарю тебе под вечер
романтику фабричных труб
когда в багровые закаты
стреляют дымом города
я люблю пельмени
есть без кожуры
ни к чему мне эти
лишние жиры
скажи за свет в конце тоннеля
кто всё же платит по счетам
я умным стать ещё успею
ну а пока живу тупею
зима повергнув город в рабство
непредсказуемо дика
отхлещет плетью стылых улиц
бока
на выпускном берут на зорьку
трудовика и физрука
чтоб посмотреть как будет корчить
на солнце этих упырей
я сдаю экзамен
препод хочет спать
тихо напеваю
баю баю пять
я зазвенел в универсаме
в магнитной рамке у дверей
магнитиком на пластилине
и всеми струнами души
и в мордобитии и в сексе
апполинарий был не слаб
любая клуша от такого
снесла б
синичка села на кормушку
и долго я следил за ней
а тварь рвала кусками сало
свиней
закрылся магазин игрушек
так коле папа объяснил
фигурки на земле лежащих
и очень маленьких людей
закрылся магазин игрушек
а дети выбили окно
проникли в здание пустое
и там играют в магазин
закрылся магазин игрушек
в котором не купила мне
ты мама зайца и медведя
машинку и велосипед
летят по небу николаи
печальным клином на восток
а зульфия сквозь слёзы смотрит
и палец пляшет на курке
оксана в старенькой корзинке
несёт по лесу пирожки
навстречу серый волк он серый
в крови лишь лапы и лицо
трёхлетний мальчик у окошка
разинув рот глядит сквозь дождь
вслед исполинскому ковчегу
а дождь усиливается
олегу стало любопытно
где расположен мозжечок
и почему не предусмотрен
лючок
и сформировалась
в шифоньере твердь
из того что было
нечего надеть
два сумоиста на татами
олега били животами
конечно я не против оргий
но где же девушки георгий
разбери ты ёлку
ёлку разбери
у кота гранитный
камушек внутри
сижу на лавке как боярен
толпою гопов атхуярен
на почте в старенькой буржуйке
сжигает письма почтальон
а если вдруг письмо от мёртвых
то сразу зябко и темно
русалку юнга отпустил бы
она ведь тоже божья тварь
но боцман намертво упёрся
зажарь