я в отпуск нонче на ривьеру
на сотках горбиться накой
а вы махните на канары
рукой
я создан чтобы быть свободным
а чтобы этого достичь
я должен выполнять любые
команды своего творца
олег готовит летом сани
зухра посеяла горох
аркадий смазал самогоном
за зиму ссохшийся баян
детство беззаботно
палка автомат
вместо денег листья
грозен и богат
я хочу на праздник
килограмм конфет
первое июня
коля тридцать лет
масонских лож в россии мало
две в бутово одна в твери
и вот ещё недавно в клязьме
открыть хотели филиал
я вставил в уши две беруши
и голос совести затих
но совесть машет мне руками
в глаза настойчиво глядит
вам не хватает для уюта
семнадцать кошек из приюта
вы влюблены и ваше сердце
теперь в заложниках ха ха
я требую сто тысяч евро
тирамису и вертолет
как то мне приснилась
девочка одна
спать не разрешает
мне теперь жена
у вас в руках одни синицы
а есть ведь и другие птицы
плачет одуванчик
сломленный бедой
был недавно жёлтый
а теперь седой
спустя полвека унижений
и нескончаемых мытарств
я заслужил бессрочный отпуск
лекарств
вся наша жизнь игра а значит
в ней тоже действует закон
что можно всё просрать до нитки
за кон
аркадий парень был горячий
но в драке поубавил пыл
и до приезда неотложки
остыл
я просто так сказала ольга
вошла и села на кровать
а почему ты без одежды
ну я ж сказала просто так
пришла в себя и оказалось
что там меня никто не ждал
вот и выходные
постучали в дверь
я ленивый котик
на два дня теперь
нам гид доступно повествует
про пользу виноградных лоз
но голос справа тихо шепчет
цирроз
скажи как можно быть свободным
когда из клеток состоишь
как бомж заглядывает в урну
чтобы там чтонибудь найти
мне заглянула в душу катя
и не нашла там ничего
актёр стихи читая плакал
но несмотря на полный зал
был суетлив и безучастен
вокзал
махнуть бы в бостон вегас даллас
но жизнь показывает фаллос
у кого наследство
у кого джекпот
а моё богатство
мне наплакал кот
без коня бреду я
в лесополосе
потому что конь мой
в конской колбасе
аркадий понарошку умер
подумаешь а я живу
уже лет тридцать понарошку
но пресса что то не звонит
мы потеряли навык чтенья
хрустящих утренних газет
журналов без цветных картинок
бумажных писем о любви
ты занимаешь столько места
что чтоб тебя установить
снёс всё что было и частично
заархивировал себя
во мне поэт проснулся ночью
проголодавшийся вконец
я пробуждал в ней чувства лирой
а также кроной и тэньге