уже проклюнулись листочки
на наших кустиках в саду
прогрелась старая скамейка
пора садиться пить портвейн
наших отношений
лошадь сдохла зин
прекращай в неё ты
заливать бензин
кругом насилие и злоба
лишь мы с тобой святые оба
когда нибудь наступит лето
и можно будет снять пальто
которое уже лет десять
я надеваю каждый день
на скамейке люди
а в траве клещи
для любви попробуй
место отыщи
мне ничего уж не исправить
осталось крыльями махать
чтоб высохли скорей чернила
в моём романе о тебе
сложеньем вы подобны таксе
да и в постели тоже так се
ко дню рождения художник
приходит править мой портрет
рисует новую морщинку
вплетает прядь седых волос
палач не надо торопиться
не приходи пока за мной
хочу немного насладиться
весной
лето наступило
посреди весны
стёрты шашлыками
зубы до десны
мой диетолог робин бобин
мой фитнес тренер эпикур
и для меня подъём с кровати
паркур
хлебом не встречали
нас ещё пока
только солью в жопу
из дробовика
вы нам тут не сударь
вы нам тут не сэр
мы таких метлою
из эсэсэсэр
а нам поставили компьютер
сказал мне гордо терапевт
страничку быстро закрывая
из википедии про грипп
лирик в щель уборной
видит лунный свет
физик бы заметил
что газетки нет
ну раз уж у меня больничный
возьму три тройки и пшеничной
ты очень тихо прошептала
не пей оставь на опохмел
а я подумал это ветер
шумит за окнами в саду
не лежала б настя
в комнате ничком
если б не мешала
виски с новичком
спи моя малютка
тихо баю бай
папа с секретаршей
улетел в дубай
на вид то вроде и не моль ты
а просишь вечно шубы польты
когда закончилось пространство
и стало некуда идти
оксана вспомнила что время
еще в запасе у нее
не забудь родная
дверь за мной закрыть
и меня короче
не забудь забыть
фаберже в россию
переехал жить
ближе к эрмитажу
яйца отложить
пока планирую диету
мечтая стать опять худой
хочу немного насладиться
едой
лихая баба ты настасья
горит четвёртая изба
и кони скачут скачут мимо
а ты и глазом не моргнёшь
зачем же ты упал со стула
не бойся так и не вопи
то отраженье барнаула
в оби
секунду сволочи секунду
орал олег что было сил
и поднатужившись заплодо
носил
царь пальцем ткнул на точку карты
пусть будет в этом месте град
вапще царь пётр ни в чём не видел
преград
глеб на холсте рисует маслом
кусок собачьего говна
и говорит что он так видит
оксаны девичью красу
агата жарила пельмени
до состояния угля
носила их петру в подсобку
а он выкидывал в окно