затем пойдут пелёнки ссоры
и ты не будешь мимими
давай расстанемся оксана
детьми
давно пора мне на работу
я десять раз сказал пока
друзья ну дайте мне под жопу
пинка
скучают аглицкие раки
ибо фарватер местных рек
прозрачен чист но безнадежно
безгрек
проснись и пой сказала алла
заткнись и спи ответил муж
поручик ржевский вместе с шурой
уединился в кабинет
и говорит не будьте дурой
корнет
нет посторонних душ для бога
но от кого тогда собор
отгородил собой высокий
забор
с тех пор как в конкурсе солистов
однажды петя победил
певица зоя петь не любит
противных гадких мерзких петь
я знала что в клетке твоей пустота
но счастие пуще неволи
и вот уж любовь обретает цвета
боли
ключ на границе переломлен
на пару равных половин
границу охраняет строгий
пингвин
паук соткав себе френдленту
в друзья добавил триста мух
воображение опасно
я попытался отключить
но где на теле эта кнопка
не представляю вообще
у нас опять проблемы хьюстон
те препараты что мы пьём
предполагают регулярный
приём
почуяв лёгкую добычу
на глеба прут бурундуки
глеб отбивается огрызком
руки
берите люди сколько нужно
сказали русским языком
но люди тащат сколько могут
тайком
бигмак как много в этом слове
для всех кто очень хочет есть
а для глухих людей и сытых
оно не значит ничего
нам дым отечества приятен
но что горит вот в чём вопрос
семён ильич вчера в подъезде
был неприятно поражон
нахальством грубостью олегом
ножом
врач изучил рентгенограмму
и медсестре сказал пиши
гипертрофирована область
души
я верю атомы делимы
давайте заключим пари
я ставлю сотню на марию
кюри
цыгане были в эрмитаже
и с громким криком айнанэ
украли все картины клода
моне
я был в гостях и там стеснялся
и две недели не пердел
но ведь у каждого бывает
предел
как ароматно пахнут пальцы
от ковыряния в себе
послали хельсинкскую группу
снимать стокгольмский с нас синдром
открыла голая хвать пиццу
купюру сунула взамест
и заперлась теперь сидит там
и ест
пророк щенка в грязи увидев
арабской вязью пишет «вот
увидел грязную собаку»
в блокнот
грек уговаривал гречанку
не делай ничего сама
я сам тебе из речки выну
сома
зима в блокадном ленинграде
проспект литейный новый год
сидим в тулупах у буржуйки
едим из бабушки рагу
есть три зонта один от солнца
другой поменьше от дождя
а тот большой чтоб встретить ветер
и унесенной быть с земли
олег берет зубную щетку
и начищает унитаз
потом хватается за ёршик
и долго в зеркало глядит
опомнись пьяная ты морда
какой ещё to be or not
в слезах шептал суфлёру крошка
енот