пусть я шизофреник
пусть я психопат
я ж с людьми общался
я не виноват
в сенях стоит живой степаныч
и кто бы в нём теперь узнал
ушедшего назад лет десять
в тайгу матвея лукича
листья приукрасить
в октябре пора
снег припорошил их
чуточку с утра
голову засуну
лучше под кровать
потому что ночью
страшно рифмовать
в спальне на кровати
прочертил межу
и теперь голодный
за межой лежу
спёрли карту черти
разгадали пин
долго будет сниться
глебу хэлловин
прямоугольники квартиры
функционально не равны
в одни мы входим и выходим
в другие смотрим и молчим
встретила на кухне
пьяных слесарей
повышали водкой
градус батарей
утрачено большое чувство
надежды на счастливое
и безмятежное далёко
найдёшь его оставь себе
превратила в тыкву
новый лимузин
на резине лысой
ведьма в хэллуин
эти миллионы
с дачи тыкв своих
вы куда их дели
жрёте что ли их
не лезь туда сказала зоя
а я считаю что нельзя
сегодня просто целоваться
не льзя
русалок в море не осталось
а здесь под каждым под кустом
лежат спасённые за годы
кустом
шаль накинув тёща
красным красит рот
не иначе в жэк на
хэллуин идёт
не дрожат коленки
не пугает тьма
я до хелловина
съехала с ума
спасайтесь все кто только может
гласят плакаты там и тут
а кто не может водолазы
найдут
срочно распродажа
только в октябре
акция настойка
водка на хандре
обернулся ваня
в прелую листву
и в душевном плане
и по существу
толпа мушкетёров зашла в дьюти фри
ну пусть не толпа а четыре
один как обычно на стрёме а три
тырят
отрубил мачете
листья корешки
к празднику готовлюсь
тыквенной башки
когда не стало николая
он не попал ни в ад ни в рай
а существует между стенкой
и фотографией своей
только как осенний
стихнет листопад
все меняют грабли
на сезон лопат
дама в ресторане
с кукольным лицом
ищет томным взглядом
кто б ей стал отцом
тем кто рассуждает
пить или не пить
с призраком папаши
не поговорить
предупреждаю александра
не выходите из себя
сидите в вас там ваше место
а тут снаружи и без вас
вы сказали свёкла
я сказал свекла
и с тех пор хожу я
с глазом из стекла
грунтует холст в оконной раме
дождём осенний небосклон
двадцатый век россия масло
батон
а давай ка скажем
зимней стуже брысь
ты за ветку крепче
жёлтый лист держись
мне говорят ну потерпите
и улыбаются в глаза
а я не то чтобы на грани
я за
к морюшку отъезда
не простил мне кот
дважды гадил в ласты
цапнул за живот