у треугольного арбуза
нет ни знакомых ни друзей
его одна лиш мама любит
и нежно гладит по углам
два логопеда и проктолог
подняли руки в тот момент
когда спросила стюардесса
а есть ли в самолёте врач
меня поймали бегемоты
и самый главный бегемот
мне говорит сергей проснитесь
есть информацыя для вас
в гипотетической вселенной
не люди летний отпуск ждут
а отпуск где нибудь у моря
ждёт с нетерпением людей
мама моет раму
папа чинит кран
кошка чистит карму
и дерёт диван
лишь тебе признаюсь
больше никому
делаю подпольно
депры на дому
ложатся тени прямо в руки
когда летит за сетку мяч
и я отбрасываю тени
подач
под ногами крабы
на заду песочк
из одежды солнце
и один носочк
вижу муза снова
надо мной хи хи
да любись пегасом
эти все стихи
жена синоптику на ужин
котлет нажарит из трески
а ощущается как в кляре
носки
олег осмелел и смирился почти
на койке откинулся узкой
и просит оксану а ну покрути
гузкой
счастье выражаю
ёмким словом жрач
а несчастье фразой
хочешь жрать херачь
я вас люблю призналась ольга
олег сказал я похожу
тут посмотрю ещё немного
и если что я к вам вернусь
не всю марину любит игорь
а лишь один её фрагмент
однако взял женился сдуру
на всей марине целиком
бывает что в кругу разумных
и образованных людей
сидишь и думаешь ну чё ты
несёшь ну чё ты блядь несёшь
вот микропоэтик
он живёт во мне
ни в воде не тонет
ни горит в огне
диспуты и пренья
проводить мне в лом
а вот по дебатам
у меня диплом
я пока равеля
слушал болеро
скушал кукурузы
три икс эль ведро
я лежу как дурочка
не уснуть никак
надо лечь как умная
только знать бы как
эмиль золя с семьёй бывало
найдут бесхозный мавзолей
и объявляют мавзолеем
золей
голубиной почтой
шлю тебе привет
может быть получишь
через двадцать лет
снег ни вчера не лёг ни завтра
забыли люди про него
и только дворники в тулупах
стоят на улицах и ждут
всё худшее уже случилось
но плотность воздуха вокруг
мне говорит что неуместны
ни крик ни плач и ни стрельба
у шмеля густая
шёрстка на заду
в этом мае чертит
снегоборозду
снова старче рыбке
хнычет про уют
требует корыто
на пятьсот кают
всем кто вслед мне дура
крикнуть норовит
придаю с разбега
неприглядный вид
я к вам была со всей душою
но вы стащили беляши
и я теперь к вам с половиной
души
небо плесневело
словно сыр дорблю
ща его с портвейном
я употреблю
зацвели акаций
кисти белые
вылезли болячки
застарелые
пачкался годами
в чёрном море зря
еду отмываться
в белые моря