олег нашол в глубокой шахте
немного мёрзлого говна
сфотографировал обмерял
и альпенштоком отколол
а можно я в них кину грязью
бамбина тыж не агроном
ты обезьяна так кидайся
говном
геннадий почемуто умер
наверно потому что нож
ему воткнулся между ребер
и сердце лезвием пробил
вот я порой не замечаю
элементарнейших вещей
сказал олег и вынул кошку
из щей
порой я несколько рассеян
разбить лицо сломать ребро
могу когда в экстазе сею
добро
в деревне некрофилов праздник
несут нарядные венки
вчера красавица альбина
от скарлатины умерла
хочу борща и кунилингус
зухра сказала в тишине
и ктото жалобно мяукнул
и мне
хочу не есть не пить не какать
не писать не болеть не спать
и можно будет не работать
и можно будет просто жить
однажды ядерной зимою
листал уныло календарь
весна двухядерная будет
а лето сразу четырех
пингвины в маленьких кроватках
лежат под стеночкой рядком
полярник рассказал всем сказку
всем одеялко подоткнул
мальчиш плохиш и пионерка
сидят молчат ты че молчишь
а че тут скажешь если рядом
кибальчиши измена дым
поэт любил проснуться голым
и раздевался перед сном
когда он засыпал в маршрутке
маршрутка ехала пустой
извилист путь мой до парнаса
и прочих творческих высот
эй человек неси ка сразу
семьсот
и в самом защищенном месте
порой находит смерть людей
григорий умер в туалете
бомбоубежища кремля
- алло помогите, случилась беда,
пожар на борту дирижабля!
- а кто нибудь пиццу оплатит тогда?...
- да бля!!!
министра бензозажигалок
бензозаправщиков министр
повысил сразу до министра
канистр
евгений ненавидит зиму
и лето и осенний день
весну он ненавидит тоже
но как то ласково с теплом
вот юрий куклачев с похмелья
осознает не без труда
что спал в лотке и что во рту как
всегда
весна вздохнул седой полярник
поглубже кутаясь в меха
окинув взглядом километры
покрытых снегом вечных льдов
всю жизнь в меня швыряют камни
подумал старый пидарас
нет чтобы пару палок кинуть
хоть раз
пушок поёт на крыше песню
о жаркой страсти и любви
ему печально подпевает
котов кастратов дружный хор
весной у дирижаблей нерест
они сбиваясь в косяки
воздушные шары метают
в высокой чистой синеве
я не ищу ни смыслов жизни
ни у своей собаки блох
лежу и мыслю на диване
всё плох
приходит море под балконы
приносит мертвые тела
удобно стоя на балконе
знакомые опознавать
у сомалійського пірата
в кишені паспорт сомалі
а вдома дітки сомалята
малі
лети скорей моя синичка
лети пока не грянул гром
уже смыкается над нами
журавленосный горизонт
ручьи стекаются к бордюрам
зимой израненных дорог
и мчится маленький кораблик
с весной и солнцем в парусах
семен сварил в кастрюле мыло
и табуретку сколотил
и взял готовую веревку
из магазина сделай сам
познав величие покоя
нам предстоит ещё малыш
лететь обратно с крыши мира
в мир крыш
троянский конь не одобряет
людьми кишащей пустоты
с его позиции все греки
глисты