она умна стройна красива
но страстью к ней я не обьят
ведь я на ней так получилось
женат
мадам вы склонны к ожиренью
и так чудовищно толсты
что даже к рубенсу не влезли б
в холсты
не в деньгах счастье и не в сексе
и не в труде и не в борьбе
а щастье если ставят лайки
тебе
меня в прекрасное далёко
не приглашай и не вези
оно подчас не так прекрасно
вблизи
сгорает лето отпуская
нас из объятий жарких в мир
где не настолько актуален
пломбир
в своей квартире холостяцкой
семен не ведает тоски
с ним каждый день играют в прятки
носки
живут же жены беззаботно
в гареме гордого паши
а тут всю жизнь на трёх работах
паши
вы всё чего то говорите
а я напротив глух и нем
макаю блинчики в сметанку
и ем
ещё раневская фаина
была весьма удивлена
удельной долей в человеке
говна
валки пазорныя валки вы
кричал в подсобке николай
животные стыдясь срывались
на лай
над местом где тонул геннадий
оксана каждый год скорбит
кидая в воду из кармана
карбид
когда б имел златые горы
и реки полные вина
тогда б ты дура куковала
одна
закат улитка фудзияма
ну вот пожалуй и усё
осталось только подписаться
произошёл от обезьяны
аркадий полчаса назад
а обезьяны испугались
визжат
алсу теперь министр культуры
и всем поэтам образец
на землю тихо опустился
зима
я декламировал вам блока
в душе надеясь на роман
взглянул на вас и понял глухо
нема
с трудом олега отпускали
не то чтоб он незаменим
а просто всё всегда ржавело
за ним
студент искал рецепт попроще
но только чтоб наверняка
и сразу шмяк топор и в кашу
башка
глеб на ресепшене включает
одну из множества харизм
но каждый раз его подводит
харизм
боярский с возрастом в кроватку
ложится спать под скрип костей
снимает шляпу и считает
чертей
в научном храме покаянно
я перед батюшкой стою
чтоб аннулировать погрешность
свою
беседовать порой так сложно
с мамзель имеющей мозги
и отличающей дегу от
гюги
олег на кухне коммунальной
ночами воет на улун
за двести лет устав от кладбищ
и лун
мы лес сосновый закупили
хотя по мнению битлов
для субмарины он должон быть
елов
а помнишь как девчонки в школе
в делона были влюблены
ведь утекло с тех пор немало
слюны
аркадий возле женской бани
стоял часами у окна
а в полшестого забирала
жена
той абрикосовой наливки
стаканчик мне накапай дусь
потом ещё по виноградной
пройдусь
меня наказывали в детстве
ведя борьбу с каким то злом
теперь я вижу мир под разным
углом
оксану радуя повторно
путёвку окупив сполна
лизнула прям туда где надо
волна
сто лет назад от нас из наса
сбежал разумный ананас
и он уже ни нас не помнит
ни нас