в богоубежище сидели
боялись громко говорить
а глеб ходил вверху под богом
смеялся пел и танцевал
когда мы солнышко сажали
углом задели горизонт
и мириады ярких радуг
сквозь скол на небо полились
кто не родился кочегаром
тот им не станет у того
в руках совковая лопата
чужою чувствует себя
я не особенно придирчив
мне что хургада что лесков
что алюминиевый чайник
для кипячения воды
когда ты высказалась грубо
я вспомнил агнию барто
её безжалостные злые
миндалевидные глаза
давай сегодня мы друг друга
как звери будем защищать
как знать вдруг через год мы станем
пустыми вялыми людьми
судьба семёна это просто
пересечение кривых
замусоренных грязных тропок
в лесу меж подмосковных дач
когда захочется в по пояс
траве по полю походить
я сяду в поезд и уеду
на дальней станции сойду
а я отращиваю щеки
жуя проговорил хомяк
и очень скоро буду прятать
за них бесстыжие глаза
я преждевременно кончаю
и недолюбливаю всех
кто может очень поздно или
хотя бы вовремя кончать
я испытатель парашутов
но это в прошлом а теперь
я испытаю ненадолго
свободный радостный полёт
олег помиловал оксану
за то что сделала она
за что подумала и даже
подумать собиралась тольк
в океанариуме пскова
внезапно вспомнив зульфию
олег кормил медузу пивом
и гладил розовую слизь
так и скажи что я скотина
но ты зачем то говоришь
что никогда не понимала
моих бессмысленных стихов
не подведите ребятишки
шепнул усталый лейтенант
и тараканы в маскхалатах
посыпались из рукава
на море лунная дорожка
и в ней запутавшись пловец
жестикулирует руками
и что то сам себе кричит
в сезон дождей стоит евгений
в дверях подъезда без зонта
и долго ждет когда наступит
другой какой нибудь сезон
очистишься песком и ветром
до состояния стекла
и ощутишь морских драконов
пронизывающий полёт
я узнаю февраль по свету
во внеурочный час в окне
и полувымышленным нотам
повисшей в воздухе весны
аркадий поломал гекзаметр
когда пытался разместить
рекламу пластиковых окон
в газете красный херсонес
лежу совсем один в кровати
кровать огромная как дом
а дом столь пуст и столь огромен
что помещается кровать
я был в запасе словно банки
солений на зиму и вот
когда закончились олеги
за мной пришли на антресоль
ты заявил что мир наш тесен
что он давно сошёл с ума
а я стою тобой любуясь
мой маленький безумный мир
когда целуется аркадий
он прикрывает левый глаз
а правым глазом наблюдает
а всё ли в мире хорошо
штоб удержать антона рядом
зухра готова лечь костьми
антона кости не прельщают
хотя готовность в целом льстит
давай когда ты мне приснишься
я всё придумаю сама
и ты советами как лучше
не будешь портить мне сюжет
я слишком счастлива сегодня
сейчас остановлю часы
и клеем закреплю листочки
на отрывном календаре
олег приехав в захолустье
два дня не может оттереть
от черной зависти прохожих
свой белоснежный мерседес
обидно если ты спокойный
открытый добрый человек
а этого никто не ценит
в унтерштурмфюрере эсэс
врач скорой помощи даёт мне
просроченный гематоген
лист подорожника и сборник
оздоровительных молитв