что совсем не вечны
космоса миры
скажут осыпаясь
ветви сакуры
в валенках и шубе
сквозь метель и снег
побегу навстречу
матушке весне
если вдруг петардой
стрельнешь невзначай
вынь осколки люстры
и допей свой чай
знаю не бывает
дыма без огня
так и ты не сможешь
милый без меня
я ловлю снежинки
языком с небес
а вокруг россия
поле горы лес
кто мне звёзды дарит
ну а кто луну
и никто не дарит
ни одну рену
зацепился взглядом
и уже жених
дураков хватает
я один из них
всё не может катя
встретить болтуна
чтобы это дело
уболтал бы на
чтением не грузим
мы теперь голов
и литературных
стало меньше слов
иногда под вечер
с упоением
личности страдаю
раздвоением
осенью на землю
опустился мрак
жить могу без водки
но не знаю как
на столе бутылка
за окном тоска
жизнь трепещет жилкой
где то у виска
маша растеряша
третий день грустит
потеряла где то
девственность и стыд
зоя как обычно
рухнула в кювет
странно потому что
здесь кювета нет
все без исключенья
люди хороши
где то в черных дырах
космоса души
мы купили сыну
вечный пластилин
он слепил нам вечность
вечнейшую блин
как пробьют часы мне
около восьми
сразу на кровать я
брякаю костьми
бабочкой порхал бы
не гудел как шмель
если б пил нектары
а не жидкий хмель
трёхголосым хором
пятницы приход
возвещают бахус
гипнос и эрот
друг трамвай приехал
дальше он в депо
а в ответ раздалось
эдгар я мне по
вот моё вам здрасьте
я принёс свой труд
раз нигде не взяли
публикуйте тут
в старости все люди
говорят мудры
потому что страсти
не горят костры
рученьки озябли
да и нос озяб
сделать потеплее
нам апрель нельзя б?
как кощей завишу
от своей казны
та казна на карте
карта у жены
триммером бужу я
утром соловья
и у нас до ночи
бодрая ничья
виден стал животик
попышнела грудь
милый может всё же
хватит пиво дуть
тятя что за нахер
сети без конца
тащат вместо рыбы
только мертвеца
брил в большом театре
ноги балерин
чтобы отличались
как то от мужчин
был костёр картошка
пионерский горн
а теперь киношка
пепси и попкорн
ни вина ни фруктов
не принёс опять
лишь чуть чуть урана
двести тридцать пять