осень наступает
в болдинском плену
спаивает пушкин
родионовну
новый год обнимет
нежность не тая
и потом задушит
всё таки змея
глеб на все вопросы
отвечает му
потому что водка
так велит уму
скоро на оленях
прилетит десант
наших дед морозов
и не наших сант
муж в музее вяло
галстук теребя
интеллектуала
корчил из себя
поскользнулась с горки
и лежу ничком
в поцелуе страстном
со снеговичком
нарисуй художник
долларов пятьсот
а когда потрачу
нарисуй шестьсот
джаз меланхоличный
навевал тоску
вдруг весёлый голос
в черепе ку ку
по весне купаясь
гена крокодил
сильно чебурашку
в речке застудил
одиночка в праздник
вешаться постой
радуйся придурок
ты же холостой
написал художник
круглую херню
вдохновившись видом
зинаиды ню
заманил с тарзанки
прыгать сатана
где здесь продаётся
новая спина
плачу не слезами
кровь идет из глаз
а всего то видел
без одежды вас
что вы мне плеснули
вместо коньяка
я теперь не вижу
шэ бэ мэ нэ ка
расцветает вишня
и смородина
лишь не расцветаю
я уродина
твари все по паре
коротают век
только я без пары
я же человек
зимушка уходит
надо в эти дни
постараться больше
написать херни
мы преодолели
бедности рубеж
средний класс не плакай
клейстеру поешь
доктор в кабинете
всю меня раздел
и как начал мерить
титры антител
в ленту тихой рифмой
сыплется фигня
радует что только
новогодняя
я с ириной львовной
пью на брудершафт
быстро хорошеет
декольте ландшафт
из ночного мрака
тянется рука
тернии минуя
к звёздам коньяка
рядом мы но встреча
ждет нас никогда
ты мой милый вторник
я твоя среда
хлынул чай горячий
вдруг на толика
чтото захворала
рук моторика
чорные глазницы
полные тоски
зыркают из гроба
там где нет доски
к вечеру семейство
погрузилось в транс
скоро должен папа
принести аванс
не хватает нервов
довязать жилет
мало намотала
за пятнадцать лет
только рюмка водки
на столе у нас
ты куда бутылку
спрятал негодяй
хочется со щами
сала от души
ты меня сушами
саша не суши
сильно в этой жизни
сбит ориентир
всем исповедальни
заменил трактир