речка растекалась
паводком снося
домики деревни
нильса и гуся
ой да что ты винни
ну какой я жмот
просто мёд заглушит
в чае бергамот
зульфие в подарок
глеб прочёл басё
я аж прослезился
щедрость наше всё
от звонка дверного
напрудил слегка
ведь насколько помню
нет у нас звонка
на площадке детской
мрачен лунный свет
нет моей качельки
да и детства нет
доктор есть маммолог
он у всяких тёть
титьки каждодневно
безопасно мнёть
ночью снег засыпал
яму у крыльца
и теперь комфортно
падают тельца
соберутся снова
тыщи вань и кать
от звонка по новой
до звонка мотать
гвоздь забить в прихожей
обещал жене
но живот мешает
подойти к стене
милому жужжала
утром ай лав ю
трогая за попку
за мохнатую
тыкал арматурой
в вас я неспроста
то акупунктура
в мягкие места
умерла собака
это не беда
заведу другую.
больше. никогда.
вспомнилась техничка
с шваброю в руке
хищник и годзилла
курят в уголке
слушаю упорно
президента речь
и стараюсь плавно
в оливье прилечь
я гляжу в окошко
на дворе метель
и во мне уныло
спит ещё кобель
я живой и это
только потому
вы мне не герасим
я вам не муму
не ищу работу
а она меня
ищет и находит
как хомут коня
поцелуем страстным
не разбужена
так как принцем я не
обнаружена
снова ночь аптека
улица фонарь
я похоже жизни
докурил букварь
вырезал из тыквы
символ красоты
внутырь вставил свечку
вылитая ты
жить с математичкой
издевательство
требует всё время
доказательство
вот бутылка водки
хлеб и рыбий хвост
я судьбы художник
я так вижу прост
солнце для проформы
дует в глаз норд ост
май не принимает
у апреля пост
где мужик загнётся
там где сдохнет вол
пашет лыбу спрятав
нежный слабый пол
оторвали мишке
пуговицы глаз
он молчит он слишком
презирает нас
впасть бы как медведи
в спячку до весны
и чтоб лапы были
сочны и вкусны
зря разжечь пыталась
кружевным бельём
то что зарастало
двадцать лет быльём
старый алкоголик
попадает в рай
там нарзан противный
льётся через край
что там носит ветер
ну ка приглядись
паутинкой лето
улетает ввысь
плавала по пруду
лебедь белая
красота погибла
но поела я