станет кофе горьким
даже с молоком
если он приправлен
понедельником
не могу обняться
с таней в танце я
полтораметрова
я дистанция
гриб вчера пинал я
был он толст мясист
этот гад был белый
контра и расист
в пятницу тринадцать
суеверный глеб
выходить не будет
не покинет склеп
коль не есть колбаску
не вкушать сальце
грустные морщины
будут на лице
у реки подлюки
сели на траву
ждут когда я молча
мимо проплыву
хоть не суеверный
всё же постучу
выходя из дурки
палкой по врачу
по ручью кораблик
из газеты луч
плыл среди окурков
и собачьих куч
жизнь недолговечна
тает как парфюм
для души мы просто
кожаный костюм
мне открыта сразу
вся вселенная
но вернусь на землю
там пельменная
не печалься если
ты в штаны не влез
выброси их в мусор
выходи в мир без
туесок поганок
я жене несу
не по бабам шлялся
правда был в лесу
натюрморт одобрен
мною и котом
наверху колбаска
а под ней батон
за зиму отъемся
высплюсь как медведь
а весною сразу
как начну худеть
от прораба слышу
пару дивных фраз
в них сквозит печаль и
матерный окрас
в тёплом одеялке
думал счастье есть
но навис будильник
без минуты жесть
ты хоть попытайся
быть со мной нежна
раз понадарила
всякого говна
добрались седины
до моих кудрей
что отнюдь не повод
сделаться мудрей
я решила делать
добрые дела
если чо простите
я же не со зла
снова вся в комочках
каша манная
мать моя сварила
негуманная
давит будто сразу
всех ошибок груз
на меня весь вечер
съеденный арбуз
на кусочке хлеба
кубик и овал
колбасой и маслом
я нарисовал
натрахтибидохал
огненной воды
весел пьян хоттабыч
но без бороды
лучшие уходят
вот и броневой
тише бро не бейся
тише бро не вой
день восьмое марта
снегу выше крыш
про какое счастье
ты мне говоришь
бьешься в этой жизни
рыбою об лед
ну а самый лучший
день не настает
в записной у мужа
гена жкх
нужно будет съездить
выдрать ей меха
только начал делать
первый миллион
как опять хлебаю
с двух яиц бульон
иногда чак норрис
если жаркий день
на себя отбросит
собственную тень
мы с котом в однушке
жаль ни он ни я
не окончил школу
выживания