у айболита на приёме
ревел как быть собой ответь
с кушетки узкой биполярный
медведь
проснувшись вижу как в рубашке
моей стоишь ты у окна
и струйки солнечного света
стекают с бёдер на паркет
я спал а ты ушла под утро
к тому с кем рай и в шалаше
оставив мне ключи и кошку
в душе
в холодном парадном дна мира сего
поэтами найдена ниша
пусть все нас не любят а мы ничего
пишем
весной невозможного нет ничего
заметил индеец беспечно
и взяв томагавк тут же вырубил скво
речник
в проём райских врат я придя не пролез
и ангелы гнали обратно
до дома подвёз подвернувшийся бес
платно
не смеши всё время
занятых людей
если не имеешь
собственных идей
весна очищая от снега пейзаж
пришла на бульвар капуцинов
диана твердит джонни сделай монтаж
шино
заставив не думать о пыли мансард
растущих проблемах и ценах
бурлит ручейками волнующий март
в венах
хоть не занимала
ты ни у кого
всё равно найдётся
тот кому должна
я на диплом пойду с надеждой
профессорам взглянув в глаза
пусть всё получится а то мне
кирза
на каждом утреннем обходе
увы накатывет грусть
ведь не волшебник я а только
лечусь
харизмой хитрою художник
хмельной хлестнул халтурный холст
март бродил по крышам
глядя как внизу
приземлённо люди
по зиме ползут
хоть в феврале я был уверен
что жизнь уныла и пресна
но к счастью этого не знала
весна
прошло немало серых будней
сложив из месяцев года
но впереди как прежде радость
труда
ты мне говоришь что сырые дрова
не могут гореть неустанно
костёр раздувая шепчу ты права
жанна
сама найди кто будет принцем
и подари ему коня
в шотландии классно скажу напрямик
я рада и скотчу и трубке
и каждый второй интересный мужик
в юбке
чтоб ночи у муз проводить под крылом
покинув с гитарой мансарды
обрывки серебряных струн сдали в лом
барды
когда адам орал на еву
кто главный яблоко жуя
то бог вздыхал и громко думал
ну я
порой и зло неистребимо
и наказуемо добро
я без тебя прожил полгода
зажатый рамками ума
и сердцем понял что свобода
тюрьма
ученику сказал агностик
неочевидно есть ли бог
я доказательств не имею
а вот проверить будет шанс
то в полёт я рвался
то звала земля
крылья удержало
небо февраля
травил ли моцарта сальери
мир не узнает никогда
я доказательств не имею
но да
не раз февральской ночью длинной
дрожа сливались горячо
две наши тени воедино
свечой
когда над землёю не видно ни зги
и шепчется снежное вече
расправь ночью крылья со вздохом и жги
свечи
злой полицейский в протоколе
отметил ручкой три графы
и мне авто пришлось оставить
графы
ночь дала чернила
свечи и печаль
а с утра на сердце
наступил февраль