вечности глубокой
видишь пустоту
чётче и яснее
ночью на мосту
несёт река вениамина
вокруг шныряют стайки рыб
над головою в узких лунках
мелькают лица рыбаков
стараясь не дышать и помня
что нам на нём ещё пахать
мы грузим спящего олега
в багажник старого авто
на филиппинах бедной лизе
какой то хиллер без примет
ритмично вырезал аппендикс
поэээт
таскать мешки и жрать пельмешки
вот ваш удел когда вы пешки
я прогноз погоды
больше не смотрю
знаю будет хуже
верю ноябрю
узнав что в средиземном море
я не купалась никогда
он обещал со мною летом
поехать в средиземноморск
куранты дед мороз подарки
всего лишь маска новый год
придумали коты чтоб бегать
с цветастым шлейфом за спиной
алёна не побрила ноги
я преисполненный тревоги
мам я женился на собаке
сперва ты может не поймёшь
ну а потом простишь конечно
когда у нас пойдут щенки
снимаю сглаз проклятье порчу
любимого ую верну
избавлю от соперника цы
с гарантией и навсегда
мне бы телогрейку
грелку б на крайняк
ведь почти не греет
одного коньяк
скажу хозяйка как мужчина
охуетительные щи на
два земленавта вышли в поле
на пробу взяли свежый грунт
все в чорном латексе и в землю
ушли вращаясь с головой
пампасы ног коси цирюльник
срезай подмышек дикий буш
и смело к паху направляйся
в леса в тайгу и бурелом
говорят палата
у меня ума
плохо потому что
в ней сижу сама
я тут на ваших серпантинах
смотрю как в пропасть не уйти нах
позавчера в лесу под минском
совсем одна в кромешной тьме
наощупь собрала лисички
такие жолтые грибы
люблю твой рот твой нос и уши
глаза и кончики ногтей
но у тебя так много разных
частей
я тронула его за шею
хоть и видала в первый раз
я ни на что не намекала
а он так это были вы
скребётся колесом чуть слышно
пытаясь как нибудь открыть
чужого гаража ворота
украденный велосипед
всё сложней и круче
путника стезя
оттого что градус
понижать нельзя
за своей женою
я укроюсь в тень
и хотеть худышку
буду целый день
идут в коротенькой дублёнке
коленки синие алёнки
прошу тебя не надо снова
писать под окнами люблю
и чтоб никто не догадался
дарить цветы моей жене
посетил я павловск
позже петергоф
дайте коронаций
к ним уже готов
на грудь четвертого размера
ломаясь пялился весь строй
не зря нас в армию призвали
с сестрой
в клуб анонимных паровозов
пришёл инкогнито толстой
не грустили только
первых десять лет
на балконе лыжи
и велосипед
мрачно в этот праздник
тётка попадья
смотрит на прилавок
с пеной для бритья