я испекла себе в дорогу
три хлеба первый чтобы съесть
второй чтоб голова а третий
чтоб запасная голова
последний раз на порносайте
илья рассматривал сексбомб
и сам по полной оторвался
и тромб
лежат на спинах электроны
фотоны в вакууме спят
и мы с тобою спим скрутившись
словно молекула белка
когда осыпались игрушки
иголки ветки и кора
настал июнь и фёдор понял
пора
во мне помечен каждый атом
и вам меня не запугать
свои найдут меня в июле
в прозрачных крыльях стрекозы
отрежь у николая палец
и это будет николай
а если голову отрезать
то николай но не совсем
петра казнили в среду утром
на площади перед большим
универмагом где когда то
отец купил ему коньки
еда без вкуса чай такой же
и раздражает звук дождя
в котором затерялись мысли
о важном я не помню чём
всего лишь две бутылки водки
и сразу же замкнулся круг
и ты мне снова не скотина
а друг
чего ты снова хочешь старче
с упрёком произносит рыбь
и дед смутясь желанье шепчет
показывая на себе
сижу укрывшись простынями
жую замазку из окон
уеxав ты за мной закрыла
балкон
я накурил кота и рыбок
жену соседей и кота
откуда кот два раза взялся
пушыстый хитрый пидарас
жена тушканчику шептала
возьми меня мой тигр возьми
и сексуально щекотала
ушьми
у нас у хищников всё просто
сказал облизываясь лев
стрельца со стрелами и луком
доев
олегу бог сказал соседа
убей как только он зайдет
сначало соль попросит спички
потом жену и денег в долг
ты не похож на человека
у человека две руки
и две ноги и нету крыльев
и яйцеклада тоже нет
министыр по проверке басен
зажав в зубах своих портфель
оптимистично громоздится
на ель
стихи о маме начал бойко
мужчина встав на табурет
петля как пуповина с нею
опять его соединит
из рыбы мидий и креветок
в марселе варят буйабес
у нас его готовят так же
но без
он говорил мол благородный
и носит имя робин гуд
да разве ж ночью разберешься
в стогу т
у нашей маленькой дочурки
прорезался молочный зуб
на спинке проступила шерстка
а глазки кровью налились
люблю старинные картины
и старых городов уют
и старых вин букет роскошный
и старых дев энтузиазм
олег стоял на перекрестке
олег стоял а люди шли
и шли и было невозможно
все это как то прекратить
закрыв за светой дверь я понял
что всё арбуз а мы скворцы
летящие вдоль светлых линий
к зеленой пупочке скворцы
часы всегда идут по кругу
и даже если циферблат
с какого то там перепугу
квадрат
в стройбате рыжим конопатым
во избежание беды
не разрешают брать лопаты
деды
слегка биндюжники привстали
на миг умолк аккордеон
пивная радостно вздохнула
не он
а я люблю но не объекты
не друга родину и руфь
а так как будто косишь сено
и удивляешься кошу
цветы мороженое шнитке
задержка братья перелом
и гдето в этом промежутке
мы переходим с вы на ты
олег в космической ракете
совсем не старится летит
а дома ждут седые внуки
и пенсия за триста лет