на рельсах лежит пионерский отряд
по два человека на шпалу
вожатая в ужасе что то ребят
мало
олег решил к восьмому марта
состариться и умереть
чтоб сразу и жене подарок
и применение цветам
я пост и обет воздержанья блюду
аскетом святошей монахом
а все остальные идите себе
с миром
в жёны молодую
взял айтишницу
каждый день на завтрак
ем иишницу
привет друзья я снова с вами
сказал коллегам николай
и стал здороваться со всеми
своей с бацилами рукой
уже без трёх и вслед за туфлей
чулки и платье на ступень
а этот у дверей упёрся
как пень
я словно разведчик проникну в твой тыл
без шума без пыли без здрасти
и просто возьму окуну тебя в пыл
страсти
реальность для нас тесновата двоих
я шлю электронное my love
чтоб только увидеть улыбку твоих
смайлов
логарифмической линейкой
я извлекаю корень зла
повеса юный менделеев
периодически девиц
имел на ворохе измятых
таблиц
обмирая с дуба
слушаю кукух
а под дубом мишка
и не винни пух
не сотвори себе пельменя
и не выпучивай свой бюст
чевото я грехопадений
боюс
так же безотказен
автомат а ка
как тамара львовна
после сорока
кусок забора как открытку
где написал ты мне люблю
храню за шифером в подвале
недалеко от помидор
олег укушенный собакой
спокойно месяц жил как вдруг
подумал что семь вёрст ващета
не крюк
проснулся надо на работу
лежу панически боюсь
что вот сейчас сию минуту
проснусь
старею, даже тараканы
уже небыстро прячутся
за тридцать грошей душу чорту
олег продал а тот не рад
душа с душком вернуть бы душу
назад
а если умершей селедке
взглянуть в соленые глаза
увидишь северное море
за безграничною тоской
как говорил мне мой психолог
к алкоголизму путь не долог
когда за месяц у ивана
ни разу не случится сэкс
сперматозоиды грустнеют
и песни грустные поют
мы основали фонд поддержки
поправившихся балерин
клянусь своею красотою
тебя сегодня не ждала
поэтому я дед морозу
дала
веткою замёрзшей
май стучит в стекло
минус пять всего лишь
го гулять ссыкло
так страшно жить разруха стрессы
и сетевые поэтессы
И вся вот эта Кама-сутра,
Один раз яблоко вкусив?
повесил свой сюртук красивый
на спинку стула музыкант
повесил рядом свои брюки
и голым вышел на поклон
мегрэ в ограбленной квартире
отметил воздух тоже спёрт
очень много мата
в этой повести
ни стыда блять нету
и ни совести
а в полдень вдруг исчезли тени
помада тушь и муж-упырь