Показаны записи 1 - 30 из 58
от сладкой боли стонет печка когда чумазый трубочист железным ершиком на крыше ласкает узкий дымоход
слеза течет горизонтально по направлению к ушам на чорном чорном мотоцикле мчу по пустынному шоссе
да что ты можешь знать о пьянке веселье широте души коль не пивал похмельным утром живой воды из утюга
я умирал и дырку в зубе тревожно щупал языком привычной болью отгоняя прикосновения зимы
не трудно выдержать разлуку сложнее долгие года взаимной близости и стужу змеей ползущую в нутро
полно гостей в моей яранге и шум и пляски погляди как у бегущего оленя ее вздуваются бока
а небо хмурится цементным оттенком туч мрачнее нет как будто молча объявляет сезон бетонного дождя
на страшный суд я подготовил семьсот скриншотов добрых дел и селфи с бабками которых через дорогу перевел
какой прекрасный день для смерти сегодня был но я вчера закончил жить под звук клаксона на скользком от дождя шоссе
из дырок в небе куполами гудит качается добро но с каждым веком слабже в трубах компрессия и тоньше синь
из категории подарков ценой до тысячи рублей одноименная купюра пожалуй лучший вариант
не ссать отдал приказ суворов перед атакою полкам и мы гоня врага на запад не ссали целых восемь дней
я на плече принес с собою бордюр бетонный для того чтоб обозначить между вами и мной невидимую грань
на нашей маленькой галере нет зла добра и лишних чувств есть только весла кровь и море и номинальный курс кнута
чего то громко обьясняет нам про профессионализм инструктор по взрывному делу жестикулируя культей
шагают глиняные люди пусты стеклянные глаза фарфоровые щеки ярко раскрашены под хохлому
поверхность супа желтой пленкой покрылась сморщилась и вдруг в лицо мне бросилась и стала в себя заглатывать его
пришел к хорошим добрым людям и окружил их чтобы в плен забрать и выбрать самых лучших а ими окружить себя
я сунул палец в неизвестность и вынуть не могу застрял а там за гранью пробы крови уже берутся из него
за шкафом пыльная розетка мечтала девятнадцать лет о белом штепселе и стержнях входящих в узкие пазы
я счастлив горд и всем доволен как холодильник марки зил но в перерывах между счастьем периодически трясет
во время утренней молитвы олег подумал слово хуй но спохватился и не думать быстрей старается его
кто разбирается в арбузах способен выяснить на слух по стуку за дверьми квартиры благожелательность жильцов
ко мне в окно впорхнула муза и шепчет на ухо мудак я записал и жду что дальше волнуюсь но она молчит
я съел червя и обнаружил что есть другой огромный мир соединенный с нашим леской там смерть как хочется дышать
пришла весна из под одежды пробились сиськи и к теплу мужских ладоней протянули бутоны плотные свои
ты не охватываешь сути и слишком долго говоришь твое короче удлиняет рассказ как минимум в пять раз
а у камней другие песни стихи другие и печаль и алфавит в себя включает пятьсот ступеней тишины