народ еврейский с моисеем
все сорок лет из края в край
искал то место где доступен
вайфай
оксана ты меня пугаешь
когда лицо и форма губ
не совпадают со словами
произносимыми тобой
игривый лик тамары львовны
вдруг проступил на оливье
глеб потянулся целоваться
но неожиданно заснул
поехали аделаида
встречать закаты в пакистан
и вещи не бери не надо
там нет вещей ни у кого
в окне показывают осень
я сыплю кофе в цианид
в шкафу взволнованно скелеты
переговариваются
когда я бью вас анатолий
мне кажется что этот мир
становится немного лучше
и справедливей и светлей
из глубины с тобою смотрим
на небо скованное льдом
и ктото пьяный чертыхаясь
нам бурит новую звезду
ты понимаешь после смерти
ты попадаешь в детский сад
там тётя рая с тётей адой
в одну из групп тебя берут
люди поначалу
плачут и кричат
а потом смиряясь
ходят в детский сад
господи прибавь мне
в голове ума
остального в жизни
я добьюсь сама
мой беззаботный путь по жизни
завёл меня в ночную тишь
где и закончился на фразе
эй слышь
продам сообщество в контакте
в нём миллиарды дядь и тёть
устал от грешников и подпись
господь
я не святая мать тереза
пора признаться наконец
на самом деле я тереза
отец
я не пойдёт сегодня в офис
я будет молча у окна
ждать появленья долгожданной
она
олег сказал ну здравствуй мама
я возвратился но не весь
на фронте я оставил ногу
и спесь
открыл шампанского бутылку
прочёл женитьбу фигаро
а нифига не полегчало
не полегчало нифига
на жизнь не сетовал проктолог
день ото дня в потоке жоп
итс напевал он под бонжови
май джоб
вот карабас взошёл на гору
и стал нагорный карабас
спускалась ночь тяжёлой тушей
ломая хрупкие дома
окно последнее мигнуло
и тьма
на языке смакуя слово
хочу определить на вкус
его весьма замысловатый
морфологический состав
приехал к нам вьетнамский гангстер
держащий в страхе весь ханой
и деньги требует пугая
ханой
в ирине страсть как много солнца
и лёд на сердце у петра
темнеет ёжится скрежещет
вот вот и вскроется уже
кричал чужой пиджак в прихожей
кричала смятая постель
и только ты одна молчала
и вдаль смотрела сквозь меня
вениамин певец на свадьбах
аркадий на похоронах
и только первой парой песен
разнится их репертуар
там где с утра стоял паджеро
теперь зияет пустота
олег стоит не шелохнется
лишь правый дергается глаз
деревня где скучал евгений
была унылое говно
и им с татьяной оставалось
одно
послал однажды бог вороне
коньяк шампанское и эль
ворона думает а лезть ли
на ель
не всем удобно на гитаре
маккартни например левша
а рик уэйкман так и вовсе
клавша
ну да про двадцать сантиметров
была умышленная ложь
ну а тебе лишь правду вынь да
полож
ну что ж сказал я взяв винтовку
забудем старую вражду
у вас на все про все минута
я жду