— а как у вас с произношеньем?
— дя кяк-тё тяк, — сказал артём
— а чем вы это объясните?
— а ртём
хотя бы в угол за такое
поставить стоило бы но
ты ни во что меня не ставишь
давно
боб марли глядя на шерифа
играл один и тот же рифф
пока шериф не поперхнулся
вкурив
балет я ненавижу люто
и даже как то раз с утра
украл у балерины пачку
петра
сажусь на жёсткую диету
из оскорблений и обид
хвалой и лестью я по горло
набит
а утром мы нашли под ёлкой
последнее пристанище
и больше ничего не надо
вапще
пингвины перелётной стаей
садятся снова к нам на пруд
и ведь опять сожрут всю рыбу
насрут
вырастила таня
в голове мозги
раздолбав тем самым
брак свой вдребезги
мы бы заскучали
но придумал бес
банки госуслуги
жэ кэ ха собес
мама папа кошка
я и хомячки
отрастили щёки
попы и бочки
почему ты толстый
спросишь поутру
я отвечу кратко
потому что жру
а глаза озёра
будто бы байкал
ноздри как овраги
это зря сказал
спрячусь в одеялко
ото всех невзгод
разверните люди
строго в новый год
глеб загнал ухватом
игоря на ель
вот и все дебаты
вот и вся дуэль
всякое бывает
в жизни разных дам
у кого театыр
у кого агдам
иван в ночи покрылся шерстью
рот полон бешеной слюны
и это только половина
луны
мы коллективно осуждаем
что есть у бати личный культ
и право вето на компьютер
и пульт
ты говоришь я неудачник
засранец бабник и мудак
но я то знаю я сангвиник
лев кинестетик и сова
ворона запаслась сырами
и хоть певичка просто мрак
под елью каждый божий вечер
аншлаг
не в деньгах счастье пусть без денег
моих спокойно спит сбербанк
олег для птиц кормушки строил
а вот аркаше не дано
и он кидал на вентилятор
пшено
глаголом сжог себе всё горло
а люди словно без сердец
глеб дёргаясь в петле губами
просил фотографа сними
я чуть милее обезьяны
с которой столько лет живу
ты главное живи надеждой
чтоб ничего не изменять
твои холодные лодыжки
я согреваю меж колен
ты засыпаешь так быстрее
и я могу побыть один
седой патологоанатом
лежыт на кафельном полу
столы все заняты работой
вдруг захотелось полежать
я вдохновился станиславским
и со смертельным ножевым
ещё неделю притворялся
живым
строча мальвине стих любовный
смотри не обломай перо
об это каменное сердце
пьеро
сожрал тушёнки на неделю
насрал в палатке друг егор
а мы ведь даже не добрались
до гор