вот глупый пингвин робко спрятал
в утёсы тело и ушёл
а две вороны взяли тело
и перепрятали его
он лёг на семьдесят процентов
заняв двуспальную кровать
а мне придётся с ним сосуще
ствовать
осень наступает
мне тоскуется
снова счастье с жопой
не рифмуется
в школе на трудах мы
клеили модель
через годы в баре
та же канитель
на город наступал нельзябырь
тоской и скукою грозя
и становилось всё ужасно
нельзя
я жду в набедренной повязке
снег вытирая на лице
когда на битву выйдет гидра
метцентр
читая канта на опушке
я проникаю в суть вещей
согнав с вещей энцефалитных
клещей
мы хлам храним в домах годами
а вдруг он антиквариат
хочу я как вулкан везувий
десятилетиями спать
когда бы пили вы любезный
не водку а допустим квас
не спотыкались бы в подъезде
о вас
нетбук снял голого ивана
и фото выложил вконтакт
как так т кричит иван экрану
как так т
как пена сдунутая с пива
как вспышка сварочной дуги
исчезло лето нам оставив
долги
бобры у хатки с женской баней
в окошко всматривались внутрь
и обсуждали кто пикантней
из нутрь
в стране на самокарантине
растёт число самоупийств
сейчас немного будет больно
сказал мне человек в пальто
а больно небыло и верить
теперь мне людям в польтах как
чтоб активировать оксану
ты на неё противогаз
надень отверстие входное
закрой и подожди чуть чуть
олег таблетку от бессмертья
под вечер думает принять
чтоб не смотреть как исчезают
вокруг родные и друзья
когда ты мне не отвечаешь
я думаю что ты погиб
погибшего представить проще
чем равнодушного ко мне
возможно я комуто нужен
но этот ктото далеко
и громко чертыхаясь ищет
необходимого меня
татьяна пред окном стояла
на стёкла хладные дыша
и перед ней само собою
вдруг проступало слово хуй
октябрь достать крота и вымыть
стряхнуть украсить расчесать
а после этак ненароком
прекрасной даме подарить
по пандусу для инвалидов
я прокатился на ногах
потом на рёбрах на затылке
и вот теперь я инвалид
налетела ночью
мордой на косяк
но порыв прорваться
в кухню не иссяк
всё время тянет в холодильник
я догадался почему
вот щас пойду и все магниты
сниму
макар иваныч фрезеровщик
был от рожденья шестипал
с годами этот недостаток
пропал
уйди любимая не видишь
ведь я держу небесну твердь
а ты тут жопой предо мною
круть верть
вдвоём с конём идём по полю
вдруг видим раненый корнет
я снял пальто укрыть корнета
конь нет
от черномора бриллианты
ковры шмотьё металлы драг
от беломора сиплый кашель
и рак
некогда глазеть на
неба просини
кот мой не доглажен
с прошлой осени
мне бы на кровати
телом мять бельё
а пахать как лошадь
это не моё