я стою в печали
вижу даль в окне
и от этой дали
мне грустней вдвойне
не дари мне больше
кукол медвежат
лучше мне под ёлку
положи деньжат
слушаю про кризис
интереса без
ушивая шорты
до размера эс
в жизни а не в сказке
замечает люд
что порой русланы
недостойны люд
встанешь чтобы сеять
разум и добро
вечно кто-то чем-то
тычется в ребро
выглянуло солнце
и коснулся луч
этажей высоток
и навозных куч
нет кота нет пледа
есть лишь номерок
и огромный с небо
белый потолок
добротой сияют
дворника глаза
только их не видно
из под картуза
не нужны подарки
хватит волшебства
аленьких цветочка
привези мне два
прут пешком до дому
леший и кощей
не хватило видно
скорых помощей
у олега сбился
монструальный цыкл
воет монстром если
не нажать на выкл
господа гусары
вы опять в говно
кто пойдёт сражаться
под бородино
олег закатывает в банки
не просто овощи а в них
он добавляет свежий август
кладёт засушенный июль
я замечательный товарищ
известен крепостью зубов
как вариант возможен выезд
в тамбов
души твоей исконно русской
меня пленила широта
но долгота её распашки
не та
когда порносцены играли финал
закрыв предварительно двери
в замочную скважину кто то шептал
верю
уж полночь близится желаю
чтоб всё сбылось что не сбылось
часы двенадцать раз пробили
насквозь
олег решил травиться в среду
но в доме выключили газ
потом мы ездили на дачу
потом солили огурцы
в твои истерики оксана
поверит только идиот
невежественный извращенец
а станиславский никогда
носки не любят размножаться
они как раз наоборот
друг друга ночью убивают
и трупы прячут под диван
оксана котика заводит
надежду радует щенок
а ольга как бы психанула
и в дом впустила мужыка
отец вот этими руками
на лесопилке двадцать лет
а ты лентяй вздыхает мама
и снова прячет их в сундук
что ты за завтраком сказала
мне ровно двадцать лет назад
припомни и скажи еще раз
и разведемся наконец
семен не знал о том что умер
и продолжал ходить к адель
но ел уже без апетита
и к сексу как то охладел
боюсь как смерти чорных клавиш
и даже похоронный марш
предпочитаю в до мажоре
и чтобы можно танцевать
вокруг себя построить стену
и ждать чтоб ты её разбил
и с ужасом смотреть как гладишь
целуешь и зовёшь своей
семь пятниц на неделе плохо
но понедельников страшней
уже ты небо задолбало
полгода осенью дышать
бывало ширвиндт вечерами
нальёт себе бокал вина
держа тихонько вспоминает
вина
пусть хрен всегда стоит и перец
у вашей миски холодца