я спросил наташку
про её судьбу
и весь вечер слушал
бу бу бу бу бу
утро кофе транспорт
пробки давка жесть
что нибудь другое
в этой жизни есть?
всё же безопасней
в жизни одному
доверять на свете
можно никому
хочется с разбегу
прыгнуть в океан
но боюсь что треснет
плазменный экран
я не знала в детстве
кушая рулет
что рулетоедок
не берут в балет
жэкэхамэн глядит на город
и гложет мысль его спасу ль
я всех сегодня от падений
сосуль
в одной руке у вас синица
в другой журавыль в третьей гусь
а что в четвёртой я представить
боюсь
на бледно розовом рояле
носки евгения стояли
все олигархи интроверты
захочешь ближе их узнать
с укором глянут вещи сложат
и в лондон тянутса гуськом
аркадий на доске почета
висит уже четвертый день
ему заботливо коллеги
приносят воду и еду
есть люди с клевым настроеньем
всегда улыбка на лице
как попадают в вашу секту
кого для этого убить
антон упал на сто процентов
потом поднялся на пятьсот
и спекулянты оживлённо
антона стали продавать
на фоне снега незаметны
границы белого пальто
и кажется что вы собою
заполонили целый мир
пытаюсь выйти из борделя
надев на голову пакет
мне заплатить буквально нечем
за свет
попробуйте дышать на ладан
у вас запущенный плеврит
я отвечаю вам железно
что всё представленное здесь
доступно вкусно и полезно
не есть
колени стёрты локти стёрты
в чужом окне седой рассвет
удачно я в трамвае крикнул
привет
от эскимоса папуасу
зимой напутствия просты
дитям мороженое бабе
унты
ваш геленджик не настоящий
а настоящий геленджик
на старых выцветших открытках
в коробке из под ассорти
судьба ведёт меня по жизни
своей невидимой рукой
туда где хочет поразмяться
её невидимый кулак
на шапокляк никто не клюнул
горюет гена крокодил
да лучше б я на чебурашку
удил
когда у конандойла кризис
он чтобы не нашли концов
подписывает детективы
донцов
олег в наш коллектив похоже
внедрён бесчестными людьми
то соль возьмёт подлец украдкой
то ми
пусть говорят что август пахнет
грядущей осенью не верь
он пахнет белыми грибами
костром сосновою смолой
выпили всего то
грамм по пятьдесят
а трусы на люстре
до сих пор висят
плачет одуванчик
сломленный бедой
был недавно жёлтый
а теперь седой
без мужчины плохо
холодна кровать
и с горошком банки
трудно открывать
утром как обычно
начинаю день
с поисков что плюхнуть
на сковородень
я прошёл бы с флагом
лозунги оря
но седьмого больше
нету ноября
круче всех поэтов
агния барто
что бы ни читал я
после всё не то