олег в семье не видел смысла
она давно отживший миф
поел намылился и смылся
не смыв
я симулирую сознанье
и симулирую оргазм
и даже то что я как будто
есмь азм
мой первый опыт ампутаций
описан агнией барто
так успокоил михаила
седой улыбчивый хирург
на крыше дома ржавый флюгер
пока метеослужбы спят
распоряжается ветрами
дает тайфунам имена
излишней дикостью туземцев
джеймс кук не в шутку огорчён
лежит на порции поделен
перчён
оксана высадила щавель
пришла глядит взошёл щавель
интеллигентность почвы русских
земель
зимой залезу тайно ночью
с куском картона на пригорк
и испытаю попой детства
восторг
у александры верность мужу
и я застыли на весах
и от волнения слезинки
в трусах
своя рубашка ближе к телу
чужой же слаще каравай
тогда давай с тобой меняться
давай
любых поверхностей зеркальных
я избегаю поутру
наружный вид внушает ужас
нутру
вот снова одинокий путник
приюта просит до утра
так мы ж его послали на хер
вчера
такси умчало вас в тот вечер
забыть всё не могу никак
мой вам накинутый на плечи
пиджак
в воронки ртов заправив кофе
туда же вставив бутерброд
течёт к обыденной голгофе
народ
итак она звалась агафья
а он представьте агафон
что стало поводом к сближенью
как фон
ударившись об батарею
однажды головой во сне
я неизменно тяготею
к весне
машину времени построю
и полечу вперёд в ноябрь
чтоб первый лёд замёрзшей лужи
расхрупала моя нога
не только карло а любого
такая жизнь бы довела
все дети брёвна а супруга
пила
из всех знакомых архетипов
близка венеры ипостась
я как она с руками тож не
срослась
мадам у вас шикарный корпус
таких уже не создают
борта прекрасны бак надстройка
и ют
я подарил вам валентинку
а вы в ответ мне бурный секс
брак двух детей кредит заботы
измену сифилис и смерть
взлетела юбка обнажая
горошек синенький трусов
нет не любила тётя роза
ветров
в культурном обществе излишне
хватать партнёра за грудки
вставляйте в речь интеллигентно
гудки
танцуйте девочки почаще
арабский танец живота
хоть иногда будите в муже
кота
эй ктонибудь ну где вы люди
зовите же скорей врача
кричали ангелы взлетая
с плеча
отходит от причала судеб
кораблик под названьем жизнь
ты за его борта покрепче
держись
из резервации индейской
надрывный раздаётся плач
последнего бьёт предпоследний
апач
луна яичной скорлупою
в ночной белея темноте
светила ярко на дорогу
к мечте
лишь убивая психиатров
я разглядел таки цветочк
среди их клякос закорючков
и точк
к ебени матери уходит
простой обычный паренек
его не пустит злой охранник
продать нам всякую херню
супруг роняет пассатижи
на чистый кафель сан узла
перемывать придётся из за
козла